Когда я заметила в акцидентальном потоке мыслей свое восхищение, я не на шутку испугалась, влюбиться в бретера для моей безопасности было вовсе недопустимо! Но мое созерцание во взгляде становилось с каждой встречей все нежнее и проницательнее, в то время как он уже расположился и сознался мне в своей влюбленности. Я же отражала признания в урну, избегая момента ошибки в идентификации чувств с его стороны и поспешных выводов, чтоб не стать очередной, над кем он посмеется. Отдав себе должное признание за крепкий настрой, который он все никак не мог пронять, я создала нашу любовь своими руками. Я осознала это спустя несколько месяцев наших с ним компанейских приключений, так как я не позволяла даже попытки притронуться к моим губам, что было для него весьма шокирующе. Раз за разом словесно он давал мне понять, что я первая, кто его так беспардонно динамит, что для меня при влюбленности весьма привычное дело. Зато благодаря этому он увидел не только сексуальное влечение, но и простор моего внутреннего мира, который в последующем он уничтожит, не пощадив даже глубинные и потайные страхи. Возможно, мне нужно было сбежать сразу, я ведь понимала, на что он способен и что это явно произойдет. Но я была так увлечена жаждой мести и притяжением к нему, что совсем не учла одного: «раскручивая карусель, ты закрутишься в ней тоже!». Знали бы вы этот соблазн и сладость, искушающий сок, выходящий из ядовитых речей и прикосновений, пристрастие все же не дало возможности удержаться перед друг другом. Наш первый поцелуй! Его уста наполнены ровным строем белоснежных зубов. Губы конгруэнтно сочетались с чертами лица. Они вмиг из бледно-розового оттенка налились алым румянцем. Недаром назвали аркой купидона эту выразительную дугу над губой. Его глаза за мгновение стали еще чернее, яко зеницы были одним цветом с радужкой глаза. Поражающее зрелище. Меня словно наизнанку пробили штампом картинной красоты.
