В старые времена в японской провинции Этидзэн [ныне северная часть префектуры Фукуи] жил мужичонка один. Звали его Ёцунэ.
Ничем особенным Ёцунэ не занимался, можно было бы сказать, на печи лежал, если бы у него была печь с лежанкой. Но одно Ёцунэ делал серьезно: почитал он грозное божество, Бисямонтэна [один из четырех небесных царей, Вайшравана («всеслышащий»), защитник севера; входит в состав синтоистских «семи богов счастья»] и постоянно ему молился.
Как какая беда у Ёцунэ возникает, он проблему ту не решает, а Бисямону своему молится и ждет, что беда сама собой рассосется. Дошло раз до того, что есть стало нечего. Так Ёцунэ снова Бисямонтэна зовет: «Помоги!» да «Помоги!»
Слышит, в ворота кто-то стучит. Вышел, смотрит: женщина миловидная и незнакомая, в руках горшок держит. Протянула Ёцунэ горшок: «Ты голоден, на, поешь!» — а сама развернулась и ушла.
А Ёцунэ обрадовался, в дом горшок принес. Есть начал — что-то незнакомое, но вкусное — но сразу понял, что есть больше не может, уже сыт. И два или три дня есть ему совсем не хотелось. Потом-то уже снова к горшку подходил. И хватило ему той еды почти на месяц.
А через месяц Ёцунэ снова загрустил и Бисямона вспомнил. Опять стал еду у него просить. И снова знакомая женщина появилась. Ёцунэ сперва обрадовался, а потом огорчился, заметив, что заветного горшочка у нее в руках нет.
— Смертный Ёцунэ из рода Ираэ!
— Слушаю.
— У меня для тебя веление от самого Бисямона. Тебе надлежит отправиться в направлении севера на расстояние порядка ста тё [ок. 11 км] через перевал к высокой горе. Встанешь перед горой и вызовешь, запоминай, служащего по имени Нарита. Скажешь, что ты от Бисямона и по ранее заключенному договору тебе причитается две меры. Запомнил?
— Да, госпожа!
Женщина удалилась, а Ёцунэ пришлось в путь собираться. Без происшествий добрался он до нужной горы и позвал: «Нарита!»
Появилось странного вида существо. Из одежды на нем была только красная набедренная повязка, глаз на лице был только один, а от подбородка росло что-то вроде бивня:
— Кому меня не хватало?!
— Я от Бисямона...
Услышав это, чудище опустилось на колени. А Ёцунэ продолжал:
— По договору мне причитается две меры.
— Здесь какая-то ошибка, договор был на одну. Да и нет у меня сейчас двух в наличии, если хотят, пусть комиссию по сверке складских остатков присылают. Могу вам выдать только одну меру.
Вынесло чудище мешок риса. Ёцунэ обрадовался и этому. На спину взвалил и домой понес.
Дома долго Ёцунэ этот рис ел, пока заметил, что рис в мешке не убывает, сколько его оттуда ни бери. Ну и с тех пор жизнь пошла совсем припеваючи. Только вот не очень старался не привлекать к себе внимания.
Прознал о Ёцунэ и его мешке сам префект. В гости пришел и, можно сказать, потребовал: «Подари!» — а как откажешь главе целой префектуры?
Отдал Ёцунэ мешок со словами: «Дарю вам сто мер риса!»
Господин префект на радости словам значения не придал. Но когда сто мер из мешка выгреб, рис и закончился. А тут и Ёцунэ пожаловал: «Рис я вам подарил, а мешок мне дорог, как память. Верните его пожалуйста!»
Вернул префект имущество владельцу. А Ёцунэ как домой пришел, смотрит, в мешке горсточка риса осталась. Через какое-то время четверть меры, потом половина, глядь — и мешок полнехонек.
Начал жить Ёцунэ по-прежнему, только аккуратнее и, знаете, большим богачом стал!
