To all things housed in her silence,
Nature offers a violence,
The bear that keeps to his own line,
The wolf that seeks always his own kind.
The world that hardens as the harsher winter holds,
The parent forced to eat its young before it grows.
Every bird, gone unheard,
Starving where the ground has froze,
The winter sunrise, red on white,
Like blood upon the snow,
Like blood upon the snow…
Hozier and Bear Mccreary – «Blood Upon the Snow»
У нас в роте был Казах. Его перевели к нам из другой роты. Однажды ему не повезло заступить в караул со Свиньей и Волчарой… Это была ночная смена.
После того, как казах заступил на пост, а Волчара удалился в караульное помещение, он решил вздремнуть в будке часового. Была такая рискованная возможность, можно было зайти в будку, там стоял обогреватель и висел бронежилет.
Те, кто рисковал вздремнуть, раскладывали на полу бронежилет и укладывались на него. Казах был рисковый парень… Делать это нужно было с умом и желательно иметь часы, чтобы следить за временем и знать, когда обычно помощник начкара приходит на ночную проверку, либо смену часового.
Я обычно прислонялся головой к будке часового и стоя дремал, а если начинал засыпать, то ноги естественно подкашивались и от начинающегося падения я сразу просыпался. Нужно сказать, что до службы в армии я даже не представлял как можно спать сидя… Хотя, те мои товарищи, которые уже отслужили, предупреждали меня о том, что в армии я и стоя научусь спать.
Казах, видимо, крепко заснул в то время, как Свинья пришел к нему на пост менять часового… Как только Свинья открыл дверь будки и увидел спящего на полу казаха, он со всего размаха ударил ему с ноги прямо в лицо.
Нужно напомнить, что обут он был в берцы… Казах отлетел в сторону, вскочил, из носа у него полилась кровь. В этот момент испугался сам Свинья, ударивший казаха. Он вывел его из будки часового и стал нервно говорить: «Вон, иди снегом умойся!». После того, как смена часового была произведена, Свинья повел казаха в караульное помещение, а сменившему его сослуживцу приказал оттирать снегом кровь с досок пола будки.
После этого, испугавшиеся того, что натворил Свинья, они с Волчарой всю ночь следили за тем как чувствует себя казах. Посадили его смотреть телевизор в комнате отдыха, хотя в их смене такое было просто невозможно, и иногда уточняли у него, как он себя чувствует.
Ублюдки испугались за свои шкуры, и что им может грозить за то, что они творят. Но никто никому не рассказал об этом, а история растворилась между нашими сослуживцами. И как бы это не казалось странным, на лице Казаха не осталось следов удара…