365 лет назад, 28 июня (8 июля) 1659 года, в битве под Конотопом русская конница под командованием князей Семёна Пожарского и Семёна Львова, преследуя отступающего противника, попала в засаду и была окружена превосходящим войском крымского хана Мехмеда IV Гирея. После кровопролитного боя вырваться из окружения удалось немногим счастливчикам, например, Борису Толстому, получившему две раны, и Михайле Голенищеву-Кутузову, раненому четырежды. Не знаю, кем приходился Толстой знаменитым писателям, а вот Голенищев-Кутузов совершенно точно был предком великого полководца.
Оба русских воеводы, командовавшие конницей, были тяжело ранены и попали в плен. Князь Пожарский сразу был казнён по приказу крымского хана. А князь Львов через две недели умер от ран… Семён Петрович был потомком ярославских Рюриковичей и племянником известного администратора и дипломата князя Алексея Михайловича Львова-Ярославского, чьё надгробие хранится в музее-заповеднике.
Когда князь Трубецкой, командовавший русской армией, осаждавшей Конотоп, узнал о гибели своей конницы, то решил прервать осаду и отступить… И это ему с блеском удалось! Русская пехота, отражая постоянные нападения татар, казаков Выговского и поляков, сумела уйти с минимальными потерями, сохранив даже пушки и обоз.
Поскольку князь Львов сгинул в татарском плену, то его рухлядь (движимое имущество), хранившаяся в обозе, осталась невостребованной. И в Путивле вещи князя были переданы на хранение дьяку Бессонову. До наших дней дошла царская грамота воеводе Долгорукову, в которой государь Алексей Михайлович приказал забрать у дьяка рухлядь Семёна Львова и передать – «всё сполна» - дворянам Елизаровым, очевидно, родственникам погибшего Рюриковича. Благодаря этой переписке мы знаем, что русский воевода возил с собой в обозе.
Один из ведущих специалистов по военной истории XVII века Игорь Бабулин пишет:
«Разумеется, всё что было при князе в бою (защитное вооружение, шлем, сабля, верхняя одежда и прочее) досталось противнику. А вот что он оставил в обозе, отправляясь на битву, можно судить по этому списку. Согласно росписи, в Путивле у дьяка Тимофея Бессонова… всякой рухляди окольничего князя Семена Петровича Львова:
- сабля турская
- к ней хоз серебряной пояс с яшмами;
- ферезея бархатная, подбита соболями;
- кафтан серебряной, 24 пуговицы золотые с яхонтами;
- шапка бархатная;
- охабень красно-вишневый;
- бахтерец;
- узда серебряная;
- два охабня и ферязь;
- чуга бархатная.
Как видим, отправляясь на войну, князь явно взял с собой две сабли, два доспеха (один – бахтерец, остался в обозе), один шлем, не считая того вооружения, которое могло быть у сопровождающих его слуг».
Пояснение:
- Турская – турецкая.
- Хоз – дубленая козья кожа (материал для пояса).
- Ферезея – разновидность мужской верхней одежды, плащ с откидными рукавами.
- Яхонт – рубин или сапфир.
- Охабень – длинный широкий кафтан из атласа, бархата или парчи, имел длинные узкие рукава с прорехами у пройм; крупные пуговицы. Верхняя одежда бояр и дворян в теплое время.
- Бахтерец – пластинчатый доспех.
- Ферязь – распашная неширокая одежда длиной до лодыжек, без воротника, с длинными узкими рукавами, застёгивалась на пуговицы с накладными петлями или завязывалась завязками.
- Чуга – узкий длинный кафтан с короткими, по локоть рукавами.
Похоже, князь Семён Петрович Львов был настоящим ярославцем-красавцем, судя по обилию в его «рухляди» дорогих кафтанов. Впрочем, воином он тоже был неплохим, с 1630 по 1659 год участвовал во многих походах, но 365 лет назад воинская удача ему изменила!