За мою прошлую статью мне в комментах немного попеняли, что я, мол, немецкую сборную обидела, что команда хорошая, сильная, а я вот как-то не очень хорошо про нее написала. И еще упрекнули в том, что я уподобилась спортивным функционерам и смешала спорт с политикой. Мне жаль, возможно, меня не так поняли, но я совершенно не хотела обижать немецкую сборную. Да и не припомню, чтобы я как-то отозвалась о качестве их игры. Ибо в этом мало что понимаю. Я всего лишь привела слова моего ученика, который увлекается футболом и знает гораздо больше меня. Это он сказал, что надо играть, а не ротики закрывать и радужные флаги развешивать. И статья моя не о немецком футболе и не о политике. Я всего навсего описала свое очень субъективное впечатление. Мое личное впечатление. И я никогда не позиционировала себя, как истину в последней инстанции.
Что же касается политики и спорта... Сейчас конечно эти чиновники от МОК совершенно обезумели. Политизированность доведена до абсурда. Но и в прежние времена спорт не был свободен от политики. Давайте вспомним Олимпиаду-80 в Москве. Что было тогда? Первые Олимпийские игры в социалистической стране, а не просто в какой-то стране, а в самой Главной Социалистической Стране, в Советском Союзе.
60 стран бойкотировали эти Олимпийские Игры, обосновав свой отказ от участия вводом войск в Афганистан. Вот вам и политика. Можно заглянуть еще дальше в прошлое. Например, суперсерия СССР - Канада 1972 года. О том, что там происходило, как играла советская команда, мне рассказывал мой отец, который сам был спортсмен, тренер, и не пропускал никаких знаковых хоккейных и футбольных матчей. Да и впоследствии об этом много рассказывали. Есть рассказ Владислава Третьяка. (Кстати, его внесли в санкционные списки! Вот где апогей абсурда и трусости. Я бы даже сказала, патологической трусости, почти животного страха. Это ж надо так бояться хоккейного вратаря, которому уже за семьдесят. )
И что же? Там не было политики? Еще как была! Цвела пышным цветом. Политика есть везде и всегда. Политика не существует автономно, обособленно от нашего бытия. Поэтому нельзя сказать: вот здесь политика есть, а вот тут ее нет. Потому что политика есть внешнее выражение глубинных процессов, происходящих в обществе, и даже, позволю себе такую вольность, невидимых метафизических процессов, борьбы добра и зла. Разумеется, можно жить исключительно житейскими проблемами, особенно если живешь в каком-нибудь маленьком городке или даже на острове, и твои интересы не простираются дальше сельского магазина. И то, ты не будешь вспоминать о политике, пока жизнь тебя более-менее устраивает. Моя мама, например. Она может долго мне рассказывать про своих кошек, про своих соседей, про то, что она купила в "Бедронке", а потом ей приходит счет за электричество, и она тут же вспоминает президента Дуду и все то, что он делает в угоду своим заокеанским покровителям. Так что, извините, без политики никуда. Тут надо соблюдать меру и не доводить до абсурда. И еще помнить, что все явления и поступки произрастают из единого корня.
А я, опять же, изложила свои субъективные впечатления. Я почувствовала этот перепад эмоций, настроения, эту волну какого-то недоумения, разочарования. Я живу здесь много лет и в чем-то настроилась на эту немецкую атмосферу. И худо-бедно изучила немецкую психологию. Мне в комментах это подтвердили. Немцы пребывают в ипостаси этаких непогрешимых учителей. Я много раз с этим сталкивалась. Мы, иностранцы, особенно русскоговорящие, для них априори существа низшего порядка. Нет, напрямую они это не показывают. Напротив, они играют в этаких великодушных покровителей, которые готовы учить уму-разуму сирых и убогих. Достаточно вспомнить, с каким энтузазизмом встречали первые поезда с так называемыми сирийскими беженцами. С бананами и цветами.
Правда, энтузазизм быстро выветрился. Немцам кажется, что достаточно только дать парочку инструкций для правильной жизни, и все прибывшие, инакомыслящие, немедленно скажут "яволь" и примут немецкие правила жизни. Но так не происходит. У немцев сначала недоумение, затем раздражение, а затем уже агрессия. Правда, агрессию пока старательно купируют промывкой мозгов и разрешением на всякие девиации. Или направляют ее на внешнего врага. А внешним врагом в настоящее время назначена Россия.
А история с футболом, с проигранным матчем, всего лишь один из эпизодов. Всего лишь еще одно свидетельство угасания. Еще один удар по самолюбию. У немцев, в Германии было много всего, чем они по праву могли гордиться. Это и химическая промышленность, и оптика, и машиностроение, и автомобилестроение, и медицина. Ну и где? По итогам 2022 года BASF задекларировала рекордные убытки! Затем закрывает заводы в Германии и сокращает рабочих. А автомобили? Сами немцы говорят, что это уже не те автомобили, которые были двадцать или даже десять лет назад. Теперь только успевай их чинить. Да и само производство уже давно в Китай перебралось.
Медицина? Мои соседи напротив - поляки. Живут в Германии очень давно. Люди уже немолодые. Соседка уже не раз мне жаловалась, что ее муж два раза попадал в больницу, но диагноз ему так и не поставили. Так и не нашли причину, почему у него в легких и под кожей скапливается вода. Да и мой опыт общения с немецкой медициной далеко не ободряющий. И я не одна такая. Врачей не хватает, медперсонала не хватает. От перегрузок они буквально звереют и даже сходят с ума. Мне моя земляк, хирург из бундесверовского госпиталя, рассказывал, как у них один немецкий врач сошел с ума. Правда, этот врач побывал с миссией Нато в Афганистане. Но "крышак" поехал недавно. Престиж в мире у Германии уже не тот. Их уже не приветствуют, как сошедших с небес богов. Достаточно вспомнить, как встречали Штайнмайера или Шольца.
И что остается? Где последнее прибежище для мятущегося духа? Футбол! На него вся надежда. Но и тут судьба наносит удар. Еще один удар. Конечно, настроение соответствующее. И это настроение, это всеобщее уныние чувствовалось физически.
Опять же, я вовсе не пытаюсь очернить Германию, в чем меня тут некоторые упрекают. Я искренне сожалею. Я сожалею, что немцы не понимают, что во всем виноваты сами. Но им это не объяснишь. Есть, разумеется, те, кто понимает. Но их никто не слышит. Или объявляют врагами. А большинству... А большинству все фиолетово. У них пока все хорошо.