Дипломатическому источнику стало известно, что западные посольства в Казахстане внимательно изучают ситуацию вокруг резкого завышения исковых требований со стороны республиканского правительства к транснациональным компаниям, разработчикам нефтегазового месторождения Кашаган (расположено в 80 км от города Атырау, в северной части Каспийского моря).
Несмотря на тишину в публичном пространстве, иностранцы очевидно приняли сигнал властей о намерении получать бОльшие доходы от эксплуатации казахстанских полезных ископаемых.
Затягивание в трясину бесконечных тяжб
Формально новый иск в 138 млрд долларов трактовался как «упущенная выгода» за все годы проекта (добычу там смогли начать только в 2016 году вместо изначально запланированного 2005). Однако теперь, исходя из запрошенных требований на сумму свыше 150 млрд долларов, следует предположить, что Астана не столько рассчитывает получить компенсацию, сколько сознательно затягивает «партнёров» в трясину бесконечных тяжб, вырваться из которой можно будет, лишь изменив правила игры.
Для Казахстана, занимающего 12-е место в мире по доказанным запасам нефти, энергетическая отрасль является одной из ключевых. Тем большее значение представляют заключённые в 1990-х годы крайне невыгодные соглашения о разработке месторождений, подписанные Астаной в условиях острой нехватки средств. Речь идёт об обеспечивающих две трети доходов месторождениях Тенгиз, Карачаганак и Кашаган, разработка которых передана до 2033-41 годов зарубежным консорциумам.
По условиям документов, вся нефть с этих источников идёт за рубеж в то время как казахстанские компании обеспечивают спрос на внутреннем рынке — по ценам немногим выше себестоимости. При этом иностранцы не платят экспортную таможенную пошлину, пользуются льготными налоговыми ставками, зафиксированными 25 лет назад.
Кашаганская кабала
Самый тяжёлый для Казахстан контракт — кашаганский. Среди его акционеров нет российских компаний (в остальных двух небольшие доли имеются у «Лукойла»). Сейчас, по информации экспертов, на Кашагане доля нацдоходов не превышает 2%. В соглашениях о разделе продукции оговорено, что государство сможет увеличить долю только после возврата инвесторами вложенных средств, но пока до этого очень далеко, ведь затраты на разработку оценены в 60 млрд долларов.
В такую кабалу тогдашние власти страны залезли сами, но хорошо известно, кто им в этом помог. Даже американская общественность была ошарашена коррупционными процессами, в ходе которых была установлена причастность банкира Джеймса Гиффена, покупавшего высших чиновников оптом и в розницу по наводке из ЦРУ.
Игнорировать справедливые попытки добиться учёта интересов Астаны западникам мешают известные геополитические события, которые они сами и организовали, поддержав нацистский режим в Киеве. Дело в том, что около 80% нефтяного экспорта идёт по маршруту «Тенгиз – Новороссийск», функционирование которого с весны 2022 года сталкивается со значительными затруднениями.
Это ведь не только прямая угроза энергетической безопасности Казахстана, но и очевидные риски для иностранных акционеров. Одно дело, когда контракт приносит сверхдоходы, и совсем другое — когда он чреват финансовыми и политическими издержками.
Решение от альянс «Парасат»
В Астане, кстати, предложили решение. Ещё в марте, альянс «Парасат» обратился в Энергетический совет при президенте Казахстана с призывом предложить иностранцам обменять их доли в упомянутых проектах на замороженные странами Запада российские активы. От такой сделки, дескать, выиграли бы все: Москва могла бы быть заинтересована в конвертации своих застывших средств, а западники в хорошей компенсации. Немаловажным стало бы снижение конкуренции между Россией и Казахстаном за поставки в Европу и новые опции выхода на азиатские рынки.
Впрочем, риторическим является вопрос о том, рискнут ли западные элиты принять решение о долях в консорциуме и изменении условий соглашений. Скорее всего, Астану ждёт лишь нарастающее давление со стороны западных партнёров, навязанные крупными ТНК ещё в 90-е годы кабальные соглашения казахи будут вынуждены соблюдать ещё полтора десятилетия.
