Эта история, как и многие другие сибирские истории, началась в бывшей Речи Посполитой, а если точнее - в Ветковских слободах близ современного Гомеля, где с конца 17 века жили староверы. Да не просто жили: расположенная за границей Ветка всячески поддерживала своих на территории России, и потому искоренить ее царские власти пытались долго и упорно, для чего дважды (в 1735 и 1764 годах) вторгались на территорию ослабевшей Речи Посполитой, которая не очень-то и препятствовала.
К 1795 году Ветковские слободы были окончательно ликвидированы, а всё их население, по разным данным до 40 тысяч человек (думаю, всё-таки сильно меньше) - дружно отправлено за Байкал. В те времена здесь жили только казаки, бравшие в жёны буряток, и они были порядком удивлены, когда поселенцы стали прибывать сюда целыми семьями: так в Забайкалье староверов и прозвали - "семейские".
Но план царских властей был куда тоньше, чем может показаться на первый взгляд: в те годы ещё силён был Китай, с которым Россия вела борьбу за Даурию, и самым надёжным средством было просто заселить эти безлюдные степи русскими людьми. На староверов такую миссию, тем более против их воли, возложили не случайно: ведь в условиях бесконечных гонений пьянство, воровство и разгильдяйство были недопустимой роскошью, староверы отличались крепким хозяйством и предприимчивостью, и с задачей освоения чужой и лютой степи никто бы не справился лучше.
Замысел удался, и ныне сложно представить себе бОльших сибиряков, чем семейские. В их столице, селе Тарбагатай (5,6 тыс. жителей) в полусотне километров южнее Улан-Удэ, я побывал в далёком уже 2012 году (хотя часть фото - недавние), но понял, что этим старым рассказом нужно поделиться - в конце увидите, почему.
Название "Тарбагатай" в этих краях - примерно как в среднерусской полосе всякие Сосновки да Залесья, в одной только Бурятии Тарбагатаев разного размера и статуса наберётся десяток, да и происходит название всего-то от сурка-тарбагана. Интересующий нас Тарбагатай - райцентр в 50км южнее Улан-Удэ, и маршрутки с автовокзала туда бегают раз в полчаса, несколько раз в день проходя в более дальние сёла. В самом Тарбагатае автостанции нет, "лежбище" маршруток находится вот на этой площади:
Здесь же - бетонный ДК, весьма экспрессивная стела Победы (1967):
Какие-то ведомства и музей в голубом здании. Которое с тех пор успели отреставрировать и оснастить памятником семейским землепашцам (2018):
По соседству - кирпичный райком:
И ещё какие-то советские постройки:
Но это капля в море - как минимум на 9/10 Тарбагатай тогда выглядел так:
Архитектура "семейских" узнаётся и запоминается с первого взгляда. Крепко сбитые избы необычайно архаичного облика, с высоко поставленными окнами, сразу будят в памяти словосочетание Допетровская Русь:
Причём неизвестно, что тут впечатляет больше: облик изб или их расположение - вдоль улицы они, вместе с воротами, стоят бесконечной и неприступной стеной:
Сами избы в основной массе очень небольшие, гораздо меньше, чем дома "обычных" старожилов:
Зато почти всегда ухожены и ярко покрашены прямо по брёвнам:
Очень красивые наличники, облик которых сразу заставил меня вспомнить Беларусь и Полесье:
А особенно впечатляют ворота - мало того, что высоченные и неприступные, так ещё и зачастую красиво оформленные:
В общем, облик староверческих сёл в Забайкалье не спутать ни с чем. Семейских не зря называют "хранителями Допетровской Руси", и по облику этих сёл можно примерно представить, как выглядела городская архитектура в России времён Алексея Михайловича, а то и Ивана Грозного. Да и проблемы те же: например, в 2004 году пожар уничтожил здесь сразу несколько общественных зданий в центре села.
Практически напротив райкома стоит деревянная поликлиника, а в её дворе - вот такой крест, памятник разрушенному собору и жертвам репрессий. В 1930-е годы староверам досталось едва ли не сильнее, чем другим русским крестьянам - но тут дело было уже не в религии, а в той самой зажиточности старообрядческих сёл, по которым раскулачивание прокатилось особенно страшно. Тот же Тарбагатай к середине ХХ века был вдвое меньше, чем в 1919 году, и восстановился лишь к 1980-м годам. Был тут и свой мученик - Афанасий Тарбагатайский:
...Изначально семейские были "беглопопвцами". Тут стоит пояснить, что часть староверов считала, что новообрядчество - это "инославие", то есть принимать оттуда в старую веру можно через миропомазание, другие же считали никониаство ересью, а следовательно, перешедший в староверие нуждался в повторном крещении. Первые могли принимать "беглых" священников, вторые же быстро остались без священников вовсе - так появились "поповцы" и "беспоповцы".
У поповцев в 1830-е годы на территории Австро-Венгрии зародилась своя иерархия - Белокриницкое согласие, в которую вошло со временем большинство поповских общин, но Забайкалье было слишком далеко. С появлением Белокриницкого согласия "поповцами" стали называть староверов, входящих в его иерархию, а жившие по старинке "беглопопвцы" выделились в отдельную общность, к которой в основном и принадлежали семейские. Здесь каждая община жила сама по себе, и зачастую доходило до того, что староверы ходили к новообрядческим священникам, которые для них, в тайне от центра, служили по старому обряду.
В 1905 году тогда ещё мирянин Амвросий Федотов с семьёй построил Знаменскую часовню, а накануне революции добился её включения в Белокриницкое согласие. В 1920 году Амвросий тайком ушёл в Харбин, где находился в эмиграции Иосиф, владыка Иркутско-Амурской епархии РПСЦ, и был рукоположен им в священники, а в 1929 году и сам принял епископский сан. В монашестве став Афанасием, ещё в 1923 году он вернулся на родину, где и служил до ареста и расстрела в 1937-м. Подробнее его биографию можно прочесть здесь, и это был действительно подвиг - сходить за тридевять земель и вернуться на верную гибель, но подготовить родину к смутным годам.
В 2017 году его дом, конфискованный властями ещё в 1931-м, стал музеем, открытым правда только по предварительной записи:
В том же 1923 году в Саратове оформилась Русская Древлеправославная церковь, в которую вошли беглопопвские общины, в том числе большинство семейских. Её административный центр многократно менялся, но духовным центром считается Новозыбков в Брянской области, почти что на прародине семейских. Никольский храм Тарбагатая (1809), в 1841-1923 принадлежавший единоверцам (пристроившим алтарь), а при Афанасии ставший кафедральным собором Иркутско-Амурской и всего Дальнего Востока епархии, впрочем, так и остался "белокриницким" вплоть до своего закрытия в 1938 году.
Теоретически он даже не разрушен - хотя в той самой поликлинике опознать бывший храм нелегко.
А вот куда более старая церковь Зосимы и Савватия (1744), построенная ещё пашенными крестьянами из новообрядцев (основавшими село в 1735 году), утрачена без следа.
Главная улица приводит к горке с крестом, показанной на вводном кадре. С горки особенно хорошо видна планировка села:
Тарбагатай стоит в довольно глубокой долине. Горы - всё тот же Цаган-Дабан, ограничивающий Улан-Удэ с юга. Дорога ведёт к трассе Иркутск-Чита (то есть Москва-Владивосток), но она пролегает за перевалом в нескольких километрах отсюда. Хорошо виден заброшенный завод,встречающий на въезде улан-удэнскую маршрутку - с экономикой тут дела совсем печальные:
Вообще, Тарбагатай довольно велик, в поперечнике несколько километров. Слева над селом доминирует одинокая, и явно очень высокая гора:
Направо, откуда мы пришли, уходит длинная долина реки Куйтунки:
Хорошо видно кладбище, по сибирской традиции, на холме:
И наконец - Крестовоздвиженская церковь, стоящая, как оказалось, за пару кварталов от главной площади, но на параллельной улице. К ней-то я, спустившись с холма, и направился:
Но по дороге зашёл в магазин - погреться. Магазинов на село дай бог если несколько, а может этот и вовсе единственный - на соседних стелажах разложены еда, одежда и детские игрушки. Продавщица, увидев моё лицо с сосульками на усах, сразу сделала мне чаю, причём бесплатно, и сказал, что сейчас на улице -41 градус - а я и не заметил... Поговорили, я рассказал, кто я и откуда, и узнал от неё, что в современном Тарбагатае "семейские" - где-то около половины населения, и сама она не из них. А отогревшись немного, я пошёл дальше, и прежде, чем достичь церкви, вышел на берег Куйтунки:
За рекой - крест на сопке. С окрестными горами тоже связано очень многое - например, в одной из пещер всё тот же святой Афанасий успел схоронить тарбагатайские святыни и древности, которые там отыскали лишь в 1950-е годы, и по крайней мере часть их попала в музеи. Или "битва" на горе Омулевке в 1920 году, когда селяне под руководством вернувшего с Первой Мировой Афанасия Думнова, вооружённые косами, обратили в бегство красных "психологической атакой".
А крест на сопке, где по молодости любил петь духовные песни Амвросий, поставил отец Сергий (Палий), настоятель Крестовоздвиженской церкви:
Если миссия Афанасия заключалась в том, чтобы подготовить семейских к смутному времени, то отец Сергий - среди тех, кто помогает семейским это смутное время покинуть. Среди староверов он известен далеко за пределами Бурятии. Единственная действующая церковь (2003) также построена им:
Но что ещё интереснее, деятельность отца Сергия - не только церковная: в 2001 году он отремонтировал заброшенный спортзал напротив строящегося храма, и организовал там музей, со времнем разросшийся до 5000 экспонатов, и ныне обладающий едва ли не крупнейшей в Бурятии коллекцией русской этнографии:
Но музей заслуживает отдельного рассказа.
...Ну а пейзажи тарбагатайских улиц к 2024 году ушли в прошлое - да, избы вроде те же и даже не укатаны слишком в сайдинг, да только между ними вместо старых заплотов и высоких ворот - прозаичные заборы из профлиста.