Я уже рассказывала о роли Ломоносова и его «Российской грамматики» в развитии русского языкознания. Но наш реформатор науки не ограничился в области лингвистики этим фундаментальным трудом. Он вел большую лексикографическую работу и активно осуществлял идею перехода русской науки на отечественную научную терминологию.
«То, что любим в стиле латинском, французском или немецком, смеху достойно бывает в русском» и «рассудительное употребление» слов из живой русской речи — это два подхода, которые Ломоносов не считал взаимоисключающими. Его советы стихотворцу на эту тему звучат, по-моему, очень современно: «Бери свойство собственного своего языка. Не вовсе себя порабощай однако ж употреблением, ежели в народе слово испорчено, но старайся оное исправить».
В самой поздней своей статье на тему филологии — «Предисловии о пользе книг церковных в российском языке» (1758) — Ломоносов формулирует три ключевых тезиса.
«1) По важности освященного места церкви божией и для древности чувствуем в себе к славенскому языку некоторое особливое почитание, чем великолепные сочинитель мысли сугубо возвысит.
2) Будет всяк уметь разбирать высокие слова от подлых и употреблять их в приличных местах по достоинству предлагаемой материи, наблюдая равность слога.
3) Таким старательным и осторожным употреблением сродного нам коренного славенского языка купно с российским отвратятся дикие и странные слова, нелепости, входящие к нам из чужих языков, заимствующих себе красоту из греческого, и то еще чрез латинский. Оные неприличности ныне небрежением чтения книг церковных вкрадываются к нам нечувствительно, искажают собственную красоту нашего языка, подвергают его всегдашней перемене и к упадку преклоняют. Сие все показанным способом пресечется, и российский язык в полной силе, красоте и богатстве переменам и упадку не подвержен утвердится, коль долго церковь российская славословием божиим на славенском языке украшаться будет».
Если есть трудность в понимании вышеприведенной цитаты, так то из-за слов порядка неправильного, то есть устаревшего. Поясню по-простому:
1) гегемонии церковнославянского языка пришел конец, славянизмы неуместны в живой речи, их стоит употреблять только в высоком литературном стиле;
2) необходимо фильтровать свою речь на предмет того, что где уместно;
3) красивая и богатая лексика нашего народа, а не чуждая нашему языку заимствованная должна быть основой русского литературного языка.
Ломоносов с удовлетворением отмечает «ревность в тех, которые к прославлению отечества природным языком усердствуют, ведая, что с падением оного без искусных в нем писателей немало затмится слава всего народа». И с законной гордостью заявляет, что благодаря его трудам «стиль российский минувшие двадцать лет несравненно вычистился перед прежним и много способнее стал к выражению идей трудных».
«Трудные идеи» в первую очередь относятся к области науки и отвлеченных понятий. Ломоносов заложил основы технической терминологии и научного стиля в русском языке.
Создание научной терминологии на русском языке
Будучи в одном лице ученым и полиглотом, Ломоносов много занимался техническим переводом и вел большую просветительскую работу. Причем для пропаганды научных знаний он использовал не латынь, как это было принято в университетской и научной европейской практике, а русский язык. Однако в нашем языке тогда еще не было достаточно средств для выражения научных понятий.
«Значительна роль Ломоносова в создании русского научного языка. Этот язык у нас начинает появляться лишь при Петре I и представляет собой почти исключительно заимствования из иностранного: каждый специалист пользовался немецкими, голландскими, польскими и латинскими словами для обозначения технических вещей, словами, непонятными другим. Кто, например, может догадаться, что текен обозначает чертеж, киянка — молоток, бер — запруда, дак — крыша, кордон — шнурок и т. п. Понемногу стали появляться и химические обозначения, опять-таки совершенно непонятные: лавра — кубовая краска, тир — жидкая смола, шпиаутер — цинк (это выражение до сих пор имеет хождение на заводах) и научные термины, как: перпендикул — маятник, радис — корень, триангул — треугольник, кентр — центр, аддиция — сложение». (Профессор химии Б. Н. Меншуткин)
Историки науки неоднократно отмечали выдающуюся роль Ломоносова в разработке научной терминологии. Всестороннее знание русского языка и точных наук, владение латинским, греческим и западноевропейскими языками, литературный талант — все это позволило Ломоносову заложить правильные основания русской технической и научной терминологии. Он ввел русские слова для выражения многих научных понятий в химии, физике, горном деле…
При разработке терминологии Ломоносов придерживался определенной системы:
а) чужестранные слова научные и термины надо переводить на русский язык;
б) оставлять непереведенными слова лишь в случае невозможности подыскать вполне равнозначное русское слово или когда иностранное слово получило всеобщее распространение;
в) в этом случае придавать иностранному слову форму, наиболее сродную русскому языку.
При переводе Ломоносов часто прибегал к словам, употреблявшимся ранее только в бытовом значении, придавая им новые, терминологические, значения. Например: влажность, воздушный насос, законы движения, зажигательное стекло, земная ось, преломление лучей, равновесие тел, удельный вес, магнитная стрелка, гашеная и негашеная известь, опыт, движение, наблюдение, явление, частица, кислота и т. п.
Ломоносову приходилось и самому создавать новые слова. Например, «неуклюжую» циркумференцию, пришедшую к нам через немецкий из латыни он заменил на неологизм окружность (до этого существовали слова: круг, кружить, окружить).
Ранее заимствованные термины Ломоносов оставлял, но настойчиво подчинял законам русского языка. Например: атмосфера, барометр, вертикальный, горизонтальный, диаметр, квадрат, метеорология, микроскоп, минус, оптика, периферия, плюс, пропорция, радиус, селитра, сулема, сферический, формула, эклиптика, эфир.
«Сверх сего принужден я был искать слова для наименования некоторых физических инструментов, действий и натуральных вещей, которые хотя сперва покажутся несколько странными. Однако надеюсь, что они со временем через употребление знакомее будут». (Предисловие Ломоносова к переводу «Вольфиянской экспериментальной физики», 1748)
Словарная работа Ломоносова
Михайло Ломоносов в 1740-х годах активно включился в лексикографическую деятельность Академии наук. Для начала он пишет рецензию на вышедший в 1748 году «Русско-латинско-французско-итальянский лексикон», написанный переводчиком коллегии иностранных дел Георгием Дандоло. Объективную критику, сделанную Ломоносовым, можно отнести не только к словарю Дандоло:
- указывается только одно значение слова, и то не всегда точное;
- мало словарных статей, посвященных исконно русской лексике (примеры таких проигнорированных слов только на одну букву: каблук, камка, кандалы, карась, каторга, каша, келья, клен, клеть, клещи, клоп, клык, клюква, кляча, кнут, колея, копна, копоть, копыто, костер, кострика, кочан, короб, коромысло, крыса, кукла, кукиш);
- существительные смешаны с местоимениями;
- не указываются «фразисы и идиотизмы» (речь об идиомах, а не о том, о чем вы подумали), присущие конкретному языку;
- неверный перевод с русского языка на латынь и на другие языки;
- буквальный перевод и включение в словарь мертворожденных неологизмов, изобретаемых переводчиками, плохо знающими русский язык (примеры таких слов: раболепность, путешественный, определительно).
Ломоносов и сам занимался собиранием словарных материалов, которые важны для исторического изучения русского языка. В составленной им «Росписи» своих трудов (1764 г.) Ломоносов отмечал: «собрал лексикон первообразных слов Российских с Андреем Богдановым» (60 тыс. слов, у Дандоло в словаре было всего 8 тыс.), «собрал лутчия Российския пословицы». Работы эти не сохранились. Словарь Богданова был издан позже, он состоял из шести томов и включал всего 43 тысячи слов. Ломоносов мечтал о бо́льшем. Но более полные словари стали составлять уже в наше время. И «подлые» (простонародные) слова стали широко включать в толковые словари тоже позже.
Ну и напоследок стоит упомянуть, что Ломоносов занимался и сравнительным языкознанием, причем он опережал в этом западноевропейскую науку почти на полвека. Уже тогда наш человек-университет заметил, что нужно сравнивать языки и выводить их «сродство» или «несродство» не только по лексическому составу, но и по грамматическому строю. Таким образом Ломоносов определил близость славянских и балтийских языков.
Подведем итог двух статей. Роль Ломоносова в сохранении и обогащении русского языка:
- стал ярким реформатором русского языка,
- стал одним из основоположников русской лингвистики,
- добился значительного очищения русского языка от архаизмов и заимствований,
- сблизил литературный язык с разговорным,
- создал научную терминологию на русском и заложил основы научного стиля речи,
- не только в теории, но и на практике показал направление, тенденции в развитии русского литературного языка.
Автор: Софья Мулеева (Романенко)
Вы добрались до конца статьи, любознательный читатель!
Значит, вам наверняка будет интересно почитать подборку «Жизнь слов».