В какой-то момент я поймала себя на том, что разговариваю исключительно цитатами из спектаклей рижского ТЮЗа. Ну еще бы! Я дежурила на КАЖДОМ.
Особенно я любила постановки Алексея Шкатова, которого встретила в отражении зеркальной колонны в прошлой истории.
Его спектакли резко выделялись на фоне остальных. Действие в них разворачивалось во всем театре сразу... актёры выходили в зрительный зал, спускались на сцену с балкона, в том далёком 1998м, когда слово "иммерсив" было для нас просто каким-то набором букв, такие режиссерские ходы были вызовом, смелым и эксцентричным.
Кроме всего прочего Алексей Олегович (ему было тогда всего 28, но для меня 17илетней ему было ЦЕЛЫХ 28 и он был Алексей Олегович конечно!) был секс-символом Риги. И после каждого спектакля выстраивалась толпа поклонниц от мала до велика за его автографом. Я никогда не понимала, что за радость приносят людям автографы, и брала их только дважды за всю свою жизнь. И это был первый случай.
Я вдруг заметила, что Алексей Олегович каждой своей поклоннице пишет какое-то индивидуальное пожелание в стихах! Мне стало интересно, что он напишет мне? Как печенька с предсказанием, понимаете? ))) Он трижды переспросил моё имя, и вот какой выдал сонет:
Я это имя на вряд-ли запомню.
Но, может, так лучше, ведь значит тогда...
Что-то там тра-та-та (не помню).
И ты в театре останешься навсегда!
Я все ещё не была с ним знакома лично. Но в том, что однажды он запомнит моё имя навсегда, не сомневалась ни секунды.
Как это будет и когда я понятия не имела... В тот момент дико завидовала тем, кто имел возможность заниматься в его театральной студии. Я этой возможности не имела. Финансовой.
А а моем двухкассетнике снова Курт: "I think I'm dumb, or may be just happy".
