В последние недели в новостях с фронта СВО появились новые названия поселков и позиций. Некоторые из них звучат для нашего уха откровенно экзотично – в первую очередь Нью-Йорк. Сражение за этот поселок под Горловкой уже идет, русские ведут уличные бои..
Для широкой публики это событие стало поводом для шуточек: «Русские взяли Брайтон-Бич, наступают по Уолл-Стрит!» – но что оно означает для хода спецоперации?
Долгое время район Торецка (бывший Дзержинск) был настоящим медвежьим углом русско-украинского фронта. В данном районе ЛБС стояла на месте с 2014(!) года. Большая часть укреплений в этих местах строилась годами еще до начала СВО. Ни командование ВС РФ, ни украинские военачальники не уделяли данному участку фронта много внимания. Но между тем по нашу сторону ЛБС находится крупный (более 250 тыс довоенного населения) город Горловка. Из населенных пунктов Донбасса он – один из самых многострадальных: Горловка долго находилась под мощными обстрелами.
За время СВО серьезно изменилась ситуация на флангах Торецка. Севернее русские взяли Бахмут и завязали бои за Часов Яр. А южнее – прорвали украинский фронт под Очеретино, взяли сам поселок и начали продвигаться в стороны от него. Торецк оказался в центре крупной дуги. Ее основанием служит дорога, идущая с северо-востока на юго-запад – от Бахмута на Покровск. Ликвидация данного выступа позволит русским войскам выйти на подступы к Константиновке.
А это означает уже бои непосредственно за Краматорскую агломерацию – промышленный центр, узел коммуникаций, сердце восстания в Донбассе 2014 года.
В июне началось сражение уже за сам Торецк. Передовые позиции удалось пробить довольно быстро: у ВСУ на этом участке находились не лучшие силы. 21 июня русские подловили украинские подразделения на ротации, причем вместо опытной и относительно свежей бригады в окрестностях Торецка заняли позиции потрепанные части.
Затем оборона противника постепенно продавливалась. В последние дни июня русские наносили удары по позициям ВСУ в районе пресловутого Нью-Йорка – поселка южнее Торецка. На Нью-Йорк сыпались бомбы, включая трехтонные, и в момент, когда пишутся эти строки, русские бойцы ведут уличные бои в поселке. Здесь украинское командование оказалось в ситуации, когда приходится латать «многослойный тришкин кафтан»: с одной стороны, на стратегическом уровне оно не может прикрывать только Торецк, игнорируя весь остальной фронт (далекий Волчанск, Красногоровку, позиции западнее Очеретино и, наконец, более близкий Часов Яр), но и в рамках самого торецкого выступа ему нужно что-то делать с наступлением восточнее населенного пункта и одновременно с ударами на Нью-Йорк. В результате у противника нигде не получается обороняться как следует. На окраины Торецка русские вышли на широком фронте с востока, а отдельная группировка пробивается через Нью-Йорк с юга.
То есть, можно говорить о постепенном охвате Торецка, к которому выходят с двух сторон.
В первых числах июля в украинских СМИ началась тихая паника. Кроме боев в Торецке и Нью-Йорке, была признана потеря микрорайона Канал в Часовом Яре (далеко севернее Торецка). Микрорайон с многоэтажками, и во всем городе такой еще только один. Это означает, что условия обороны в Часовом Яре ухудшились.
Не стоит, конечно, ждать, что противнику резко и мгновенно «двинут в Торецк», после чего фронт рухнет. Этого, увы, не будет. По-прежнему речь о постепенном прогрызании отодвигающихся на запад позиций ВСУ.
Однако смысл происходящего очевиден. Торецкий выступ все-таки будет спилен. Наступление под Торецком при всем желании не назовешь масштабным прорывом. Как и раньше, продвижение оказывается трудным и редко глубоким. Однако от войск и не требуются атаки на глубину в десятки километров. Русская армия продвигается все ближе к Краматорской агломерации. Обе эти задачи крайне полезно решить с точки зрения целей России в рамках СВО.
Украинские войска вынуждены постоянно латать потрескивающий фронт, прогибающийся на самых разных участках. Наступление идет медленно, но уверенно. И командованию ВСУ очень сложно будет не пропустить момент, когда накопление тактических неудач и небольших отходов начнет угрожать общим прорывом фронта.