РПЦ в текстурах симулякра.

Меня бесконечно настораживает и поражает стремление Русской Православной Церкви растворится в интернет пространстве. Этот скоромный пост будет моим анализом тех культурно-исторических процессов, в которых Русская Православная Церковь реализовывает себя в виртуальной реальности.

Я начну с поразившего меня репортажа с канала ВК-Видео "Спас". Телеканал "Спас", в отличие от аналогичного по содержанию и концепции телеканала "Союз" активно осваивает PR-технологии, технологии по связи с общественностью, по-моему мнению, специфика, оформление, дизайн репортажей на очень высоком уровне, работает команда квалифицированных специалистов. Первая ассоциация - это канал CNN. Репортаж был о чем-то неважном для светского человека, о вреде порно на душу и дух. Под окном с ведущим была строка "спас-стрим" Этот словосочетание-неологизм вызвал набор жутких ассоциаций. Стрим? Откуда такая тяга к искажающим русскую речь слову? Спас-стрим? А откуда этот стрим транслирует Спасителя? С пятничной Голгофы с окраины Иерусалима ? Или может быть с "трехдневного" сошествия в преисподню? Рядовому зрителю может показаться незначительным или раздражающим мой акцент на этом. Но разве не слово, не язык, не речь ("слово" с большой буквы) формулирует сакральную реальность, священную для исповедующих православие?

На канале "Царьград" есть передача "Святая Правда". На что претендует программа со столь претенциозным названием ? Подразумевается, что в виртуальном пространстве новостей постправды, правды осуществляющейся в процессе перепроизводства новостей, который становится симулякром, канал "Царьград" является неким оригинальным контентом(!), ссылающийся на Откровение. Репортаж "Россия мытарей без фарисеев",(можно было бы назвать это"цифровым фарисейством") в котором телеведущий объясняет, что современные мытари - это россгвардейцы или сотрудники мвд, чьи репутация в народе непростая. Фарисеев нет. Мы это перосли. Шокирующий случай сливы записей из саратовского ОТБ-1, случится только в ноябре, и мы понимаем, что в виртуальной реальности Православной Церкви формируется иная Россия, несуществующая, неимеющая связь с реальной.
И это и есть пример постправды, которая освещена сакральностью Откровения, постправда, названая "Святой Правдой". В пространстве симулякров и гиперреальности, в которой копия существует для того, чтобы сослать на другой объект реальности, который должен быть оригиналом, но который не существует, Русская Православная Церковь совершает радикальный акт - акт переименовывания реальности, конструируя иную, уже высшую реальность одновременно виртуальную и одновременно именующейся себя сакральной. Переименовывание реальности в таком контексте, не есть ли уже "цифровой оккультизм"?