Пока экономика России стремится к рекордным показателям, доступность жилья становится все реальнее, а зарплаты трудящихся растут, как на дрожжах (так по телевизору сказали, а нам с советских времен известно, что там не никогда не врут), замогильная история случилась в Сибири. Рассказывать об этом тяжело, но приходится.
В Омской области случился сельский трагифарс. Случился, как водится от безденежья и от тотальной заботы государства о маленьких поселениях, куда даже кочевник из подбрюшья нашей страны не суется, так как там бакшиша и навара нет.
Суть проста: в поселении Новоуйка умер ветеран Великой Отечественной войны. Как заботится местная власть о таких людях известно. Снимают бравурные телерепортажи после того, как редактор регионального телеканала требует от корреспондента:
"Дайте мне старика с медалями и чтоб говорил отчетливо, и челюсть вставная не выпадала".
Май сменил июль. Ушло время куцых букетов из обтрепанных гвоздичек и продуктовых наборов от упитанного главы района и местных сельхоз производителей. Пришла за воином старуха, перед которой бессильны все.
Пришло время отдать солдату последний долг, и селяне почтить его память были готовы. Не была готова лишь переправа на другой берег. Новойуку напополам делит река: на одной стороне – еще живые, на другой – уже упокоившиеся.
Переезд, о котором рассказало местное СМИ, произошел в духе мифов Древней Греции: скончавшегося перевезли через реку. Но перевез не Харон, не через реку Стикс, и монету в рот погибшему для того, чтобы он мог расплатиться с самым известным лодочником Греции, никто не клал. Простые русские люди чужды излишнему символизму, но все еще не тяготятся делами скорбными.
И тут все печально просто: в этом году глава поселения Новоуйка не распорядился сделать временную переправу. Он считает наведение моста нецелесообразным, потому что за рекой нет ничего, кроме кладбища, на котором "в пять лет одного-двух хороним". Такое вот "помним-скорбим" от людей государевых.
После огласки глава района отчитался о восстановлении временной переправы, а также заверил, что полноценный мост планируют начать проектировать в 2025 году.
А до того, как история эта попалась на глаза бастрыкинским соколам глава обещаниями не больно-то и разбрасывался. Вот что он говорил.
Мост нужен только для того, чтобы сходить на Троицу на кладбище. Больше за рекой ничего нет – ни полей, ни заготовок, ни делян. А на кладбище захоронено 50 человек. В 5 лет одного-двух хороним. Остальные хоронятся на других кладбищах. Я не знаю, есть ли целесообразность строить мост. Каждый год к Троице мы переправу делали. Нынче пошли дожди, вода поднялась, затопила дорогу, мы не смогли сделать переправу. Первый раз за всю историю не дала природа сделать переправу,
- сообщил Александр Волох порталу Om1.
Он же рассказал, что в девяностые, когда из села эвакуировалась еще не вся молодежь, через реку был наведен самодельный мост, но со временем он исчез из Новоуйовки, как и работоспособное население.
Похоронят ли затею с мостом до того, как уйдет в мир иной последний нуждающийся в услугах деревенского Харона, узнаем позднее. Быть бы живу!
Не плыви по течению, узрей ускользающую суть.