Вот ведь сколько лет прошло, сколько дней позади. Сколько всего происходило в жизни, сколько крутых поворотов!
А самые яркие воспоминания почему-то самые бездейственные. Вроде ничего тогда особенного не происходило, жизнь моя не менялась. Был просто день. Но такой счастливый, так ярко запомнился! Причём, начиналось всё не очень.
Вечером накануне я приехала по делам в маленький городок под Псковом. Меня заселили уже потемну в какую-то комнату, как показалось мне, в пустом доме.
И дверь в комнату закрывалась как-то ненадёжно, на крючок. И вот, только я погасила свет, слышу в коридоре шаги. И дверь дёргается. Крючок слетел, конечно.
Я включила свет. Стоит молодой идиот мужского пола и глупо улыбается.
-Ерунда, с таким справишься на раз,-успокоила я себя.
Справилась на четыре.
Раз - завизжала, что было сил.
Два - бросила в опешившую морду тапок.
Три - уже в спину метко метнула книгой.
И, когда он уже выскочил за дверь, ещё раз завизжала. Закрепила результат, так сказать, придала ускорение. Это четыре.
С колотящимся сердцем, но довольная послушала топот ботинок по деревянной лестнице, затем свистки и брань сторожа, закрылась уже не с помощью крючка, но табуретки и легла спать.
Утром я проснулась рано-рано. Умылась, оделась и спустилась вниз. Старинный дом, где я ночевала, стоял недалеко от монастыря. Тротуара не было. Просто дом, дорога и за дорогой сосны.
Поглазев с минутку на монастырь, я обернулась и.. Даже не испугалась, а скорее очень удивилась. На меня неслась чёрная Волга с чёрным человеком внутри. Чёрная одежда, чёрная борода...
-Сейчас меня собьёт поп,- подумала я, но не сдвинулась с места, окаменев от этой странной неправдоподобной какой-то картины.
Машина остановилась прямо передо мной. В ней действительно был священнослужитель. У него был огромный желтый крест на груди. Как потом мне сказали, такая машина была только у настоятеля монастыря.
Пару секунд мы смотрели друг на друга, затем я отступила назад на обочину и машина поехала дальше, свернув в ворота монастыря.
А я повернулась и пошла к соснам вглубь леса.
Там было необыкновенно. Никогда больше не видала я такой красоты. Высокие стройные сосны, подсвеченные солнцем до цвета меди. Весь лес был залит солнцем. Казалось, этот свет можно было взять и отодвинуть, как тюль на окне.
А внизу под соснами ковром земляника.. Красная, спелая. Я легла и стала её есть. Срывала её губами. А потом, когда уже не дотягивалась, перевернулась на спину и смотрела в чистое синее небо. и наощупь срывала иногда ягоды и ела, медленно, смакуя каждую.
А за лесом было поле. Там рожь росла. А во ржи много-много васильков. Я первый раз в жизни васильки видела. И рожь. Я ведь на юге росла, там этого не было.
И вот сколько лет прошло, а я помню почему-то во что была одета. В сарафан с синими васильками. А вот по какой надобности я туда приезжала, не помню. Помню только, что мне было девятнадцать лет и я была студенткой.