Почему произошла трагедия? Сегодня это уже не тайна. Было много версий. Но для меня самой адекватной и понятной является доклад Валерия Рязанцева – вице-адмирал в отставке.
«Я отказывался работать по этому делу. Знал, что это неблагодарное дело. Понимал, что за правду, можно пострадать, но главная военная прокуратура и министр обороны приказали работать над экспертизой».
И Бориса Кузнецова – адвоката 55 семей погибших моряков.
Сейчас военный городок на берегу Баренцева моря выглядит очень приличным, приглядным, обжитым местом. По всюду чистота, уют. Город живет по уставу. Более чем за двадцатилетие в нем поменялось всё.
В двухтысячном году здесь настоящая разруха, ремонта не было годами, жалование не платят месяцами. Еще не забыт дефолт 1998 года. В стране катастрофа во всех сферах жизни и простым российским гражданам и морякам живется очень сложно.
Военные городки стоят словно бедные обшарпанные руины.
Корабли стояли у причала, топлива нет, не было ремонта, денег тоже нет, чтобы содержать весь этот гигантский морской флот. Будущее казалось беспросветным.
Отсутствие финансовых вложений влечет за собой снижение боеготовности.
Экипаж «Курска» проводил в море слишком мало времени в среднем 12-14 суток в год. Как потом выяснит следствие за три года – одно упражнение с запуском торпеды. При чем ни того типа, которая потом взорвется в отсеке на его последнем учении.
Экипаж вышел на свое последнее задание спустя 9 месяцев после того, как подводная лодка пришвартовалась к берегу. Это очень длительный срок. У флота просто не было средств. Реальности Ельцинского времени. За такой длительный период теряются навыки. По уставу, команда не выходившая в море практически год, должна пройти переподготовку.
До лета 2000х тысячного года экипаж «Курска» ни разу не сталкивался с перекисно-водородной торпедой. В составе экипажа не было ни одного человека, который бы знал, как эксплуатировать именно такого вида торпеду.
На борт подлодки «Курск» их загружают впервые в августе 2000 года, готовясь к роковым учениям: две боевые и одну практическую.
Боевые торпеды на практике не применялись, только в теории. Мичман подлодки, не был штатным торпедистом на «Курске» он был прикомандирован с другой подводной лодки ( на флоте из-за отсутствия зарплат постоянная текучка). Он ни разу не сталкивался с этой ракетой, поэтому не смог подключить к системе дегазации, пригласил с соседнего корабля торпедиста, который показал, как нужно загружать такого вида торпеду, подключил её и ушел.
За три часа до стрельбы нужно было снять торпеду со стеллажей, загрузить в торпедный аппарат и там подсоединить к системе контроля окислителя.
Но экипаж «Курска» об этом даже не догадывался.
Неподготовленный экипаж выходит в мере 12 августа 2000 года на последние в своей жизни учение.
По уставу в районе учебы должно дежурить спасательное судно (обученный экипаж), но его нет, позже выяснилось, что капитану спасательной операции не доложили о прохождении учебной атаки и он попросту об этом не знал.
Выходит время учебной атаки, связи с «Курском» нет. По документом, даже если корабль не выполнил стрельбу, через час после учебной атаки подводка должна всплыть. Если через час лодка не выходит на связь и не всплывает, руководитель стрельбы на суше, обязан объявить её аварийной. Но по какой-то неведомой причине на суше ждут чудо.
Спустя шесть часов подключили авиацию, начали бить тревогу. Только к ночи подводную лодку объявляют аварийной.
Страна прибывала в хаосе. В армии и флоте такая же неразбериха. Страшное десятилетие, когда страну продавали и разбирали по кусочком, медленно закапывая в могилу. Прохиндейство и жульничество. Вместо того, чтоб действовать по инструкции, как уже привыкли за прошедшие десять лет - самовольничали, надеясь на русский авось.
Просто не верили, что такая мощная подводная лодка может утонуть. Командование было уверенно что «Курск» просто технически не может лечь на дно.
По официальной версии, взрыв произошел из-за протечки окислителя из баллона, который смешивается со смазкой и лакокрасочным покрытием торпеды, вызывая пожар и взрыв.
По мнению Рязанцева, такой сценарий невозможен, так как торпеда была загружена 3 августа и не имела протечек до 12 августа. Если бы протечки возникли после загрузки торпеды, они не могли привести к взрыву из-за заполнения торпедного аппарата водой.
Рязанцев считает, из-за того, что подводники никогда не сталкивались с такой торпедой раньше они допустили роковую ошибку, за некоторое время до пуска при плановой проверки подводники обнаружили что в баллоне с жатым воздухом снизилось давление, такая ситуация штатная. Для восстановления давление нужно подключиться к техническому трубопроводу. Рязанцев уверен, что воздух был не очищен так, как это требует инструкция, не было проведено обезжиривание, и в торпеду попали частички пыли и грязи.
Пока ракета была обездвижена был закрыт кран (клапан на торпеде), который не пропускал грязный воздух в саму торпеду, но как только ее начали загружать в аппарат, в соответствии с инструкцией клапан открывают. Но предусмотрена еще одна защита - курковый клапан, которой должен открыться только тогда, когда ракета покинет зарядное устройство, но если он закрыт неплотно, то частички пыли проникнут в ракету и начнется химическая реакция и довольно быстро произойдет взрыв.
В инструкции к той торпеде, которая взорвала, есть жесткие требования по поводу куркового клапана, установленного в ракете, обязательно проверять его состояние перед загрузкой торпеды в аппарат. Рязанцев уверен, что подводники «Курска» не знали про это требование: «При экспертизе обнаружил инструкции на подготовку и эксплуатацию, которые были не к этой торпеде, а другого проекта корабля!»
Неочищенный воздух из баллона с давлением, начинает поступать в баллон окислителя, там из-за грязи возникает химическая реакция и происходит тепловой взрыв.
При подобном ЧП требовалось разгерметизировать первый отсек (нос корабля, в котором находятся ракеты) и соединить его со вторым. Во втором находится центральный пост (командир, капитан, главный командный пункт). Но в первом отсеке пожар. Соединить не возможно. То есть, по сути, лодка осталась без управления. Конструкторский недостаток.
Взрыв даже не боевой торпеды выводит из строя весь командный отсек и лодка становится неуправляемой. Вода поступает в нос, лодка начинает быстро погружаться вниз и носом ударяется о дно, её огромной массы достаточно, чтоб началась детонация ракет при ударе, взрывная волна тащит по дну подлодку оставляя на корпусе вмятины и борозды.
Почему не спасли экипаж? Халатность того времени. Государство находилось на последнем издыхании. Слишком долго его закапывали, разбирали на части те, кто стоял у руля. Правительство, еще не успело поменяться с приходом нового президента. С вступления в должность прошло всего несколько месяцев. Страна еще жила по старым понятиям в прямом и переносном смысле.
Разгильдяйство и безответственность во всех сферах.
В 2018 интервью Владимир Путин сказал, что ему не сообщали подробности учений, проходивших в Баренцевом Море, а лишь доложили о потере подводной лодки. По словам президента, трагедия «Курска» наглядно продемонстрировала критическое состояние Вооружённых сил Российской Федерации в последнее десятилетие.