Выполняю обещание, сделанное вчера. Вот этот рисунок обнаружен мною в интернете на одном из телеграмм-каналов. Использовался в качестве намека, скажем так, в пользу геббельсовской версии о расстреле польских военнопленных под Смоленском сотрудниками НКВД.
Бумага, датированная 27 февраля 1959 года, написана на бланке с шапкой «Всесоюзная Коммунистическая Партия (большевиков). Центральный Комитет». Так вот, дело в том, что такой политической партии, как «Всесоюзная Коммунистическая партия большевиков», сокращенно ВКП(б), на тот момент не существовало. Так же не существовало и ее ЦК. Потому что ВКП(б) еще в 1952 году, на XIX съезде партии, была переименована в Коммунистическую партию Советского Союза (сокращенно КПСС). То есть документ напечатан на бланке несуществующей партии. И в таком виде поступил председателю КГБ СССР товарищу Шелепину.
Походу дела, фальсификаторы не парились вообще, какой бланк нашли на том и сварганили. Кстати, печать правильная, на ней написано «Коммунистическая партия Советского Союза».
Ну и по мелочи.. Любой, даже не историк, а тот, кто хоть когда то в своей жизни имел отношения к написанию официальных документов видит, что бумага составлена неправильно. Здесь есть номер протокола заседания Политбюро, а даты, когда это заседание проведено, нет. Вы собираетесь, если понадобиться, папки за все годы просматривать, ища нужный протокол №18? Как это происходить будет? Зато есть пометка о каком-то решении от 5.02.1940 года. Вы только что писали, что это выписка из протокола заседания Политбюро, о каком решении идет речь. И, кстати, я ничего не знаю о таких формах документооборота, как решение. Хотя, я могу ошибаться
Далее идет выписка. Это вообще песня. Первое, что мы видим в выписке, это цифра 144 перед словами «Вопрос НКВД СССР». То есть я так понимаю, это 144 вопрос, рассматриваемый на заседании Политбюро. Обычно заседания, на которых рассматривается не больше 10 вопросов, могут по 2-3 часа проходят. Пока все доклад о сути вопроса, пока все заинтересованные лица выскажутся... Ту же 144 вопрос. Походу дела, Политбюро неделю заседала, без выходных и перерывов на обед. Да, сильны большевики были, сильны.
Дальше идут пункты и подпункты вопроса о польских военнопленных. Пункт первый пронумерован арабской цифрой и подпункты первого пункта тоже пронумерованы арабскими цифрами. А вот пункты два и три пронумерованы уже римскими цифрами, а подпункты второго и третьего пункта буквами. Да за одно это секретарша, этот протокол писавшая, должна была даже не в ГУЛАГ уехать, а сразу в камнедробилку особняка товарища Берии. Это был сарказм, если чо... Потому что это во-первых не красиво, а, во-вторых, оформление документа должно быть единообразным. Потому что не должен вид документа отвлекать от содержания. Большой начальник должен с первого взгляда понять, что написано в официальной бумаге, а не сосредоточено соображать, почему в тексте нумерация написана разным стилем.
Ну а сам текст, это просто песня... Если верить документу, то людей собираются судить. Да, судить, потому что «тройка» это вид судебного учреждения, хотя, по нашему сегодняшнему пониманию, вид судебного учреждения несколько экзотичный. При этом указан вид наказания(высшая мера наказания), а обвинение, по которому их собираются судить — не указано. По какой статье уголовного кодекса судить собираетесь? Тем более, что в статье указывается и вид наказания. Так что, повторяю ее раз, ТАКИМ образом официальные документы не пишутся.
Но особенно поражает подпись. Подпись Сталина, который уже шесть лет как умер. Я так понимаю, Сталин подписывал протокол, с которого делали выписку. А где подпись того, кто эту самую выписку делал, кто документ готовил. Скажу по другому, где подпись того, кого товарищ Шелепин должен был дрючить за халтурно подготовленный документ?! Где, я вас спрашиваю?!
Короче, заканчиваем разбирать эту мурню. Мы и так потратили на нее больше времени, чем она заслуживает. Поражает лишь одно — то, что что вот ЭТО на полном серьезе продолжает приводится в качестве примера, подтверждающего нашу вину в расстреле польских офицеров. И некоторые продолжают верить. Вот это печально!