Субботним июньским днем "три грации, три музы", как сами они называли себя в бесконечных женских беседах, собрались на женсовет.
Причина была веская и животрепещущая.
Одна из граций - Марина - решила, наконец, устроить свою личную одинокую жизнь, и обнародовала себя на сайте знакомств.
Женсовет был необходим для корректировки вводных, обмена впечатлениями и "просто поболтать".
Бутылочка красного сухого нашла свое место на маленьком столике между блюдом с фруктами, вазочкой орешков и сырной тарелкой.
Хозяйка квартиры, Марина, худенькая блондинка с прозрачными серо-голубыми глазами на бледном лице, была библиотекарем по призванию, любительницей литературы по интересам и примирительницей по характеру.
Личный маринин фронт чаще всего был безлюден, редкие бойцы задерживались ненадолго, исчезали в неизвестности и весточек не присылали.
Однажды на маринину пустынь высадил десант брутальный красавец-брюнет, волоокий, импозантный и загадочный, как метеорит.
Утратившая разум от посетившей ее благодати, Марина, скоропостижно влюбилась, потеряла голову, чувство реальности и небольшие накопления в Сбербанке.
Метеорит оказался неоднократно судимым мошенником, динамичным прохвостом, и исчез из жизни жертвы так же быстро, как появился.
Марина поплакала, поставила жирный позорный крест на женском счастье, и продолжила дружбу с постоянным читателем библиотеки, престарелым отставным военным, любившим Мариночку, как дочь и мемуары маршала Жукова, как суровую правду жизни.
Вторая участница женсовета, Тамара, была полной марининой противоположностью.
Полной она была буквально, противоположной - в прямом и переносном смыслах.
Муж (который у нее, разумеется, был) называл свою Тамару, отличную хозяйку и мать троих детей, уважительно и лексически точно - Тома-гавк.
Никаких обид по этому поводу Тамара не озвучивала, дополняя забавное прозвище громогласным: "Я еще и кусаться умею, примите к сведению!"
В сущности, она была воплощенная песня - та самая черноглазая казачка, которая и коня подковала, и серебро спросила, и песню спела.
Ее опекающие свойства и природная неутомимость конвертировались в работу хирургической медсестры, счастливую семейную жизнь и неистребимый оптимизм.
Именно она, не принимая маринину инертность, была в постоянном поиске вариантов судьбы для непристроенной подруги.
Один из вариантов сейчас воплощался в жизнь, благодаря ее усилиям.
Третья участница субботнего женсовета, Виктория, была не только грацией, но и феминой.
Рыжая, мелкая и шустрая Вика еще в школьные годы, собравшие девчонок в тройственный союз, демонстрировала миру независимость, стервозность, острый ум и язык, привычку расчитывать исключительно на себя и ядовитый скепсис.
Она никогда не была замужем, не особенно жаловала тамаркиных детей, с мужчинами дружила и воевала с переменным успехом, жила интересно, любила взахлеб, но без последствий, и стопроцентно попадала в собственное имя.
Тремя китами, на которых покоилась ее вселенная, были реклама, терьер Байт и фитнесцентр.
Первой взяла слово, конечно же, Тамара.
- Рассказывай, что ты нашла! - нетерпеливо потребовала она, смачно откусывая спелую грушу. - Есть подходящие варианты?
- Нет там никаких вариантов, одни старперы, извращенцы и лузеры! - тут же подала ядовитую реплику Вика, расколупывая фисташку.
- И затеваться не стоило. Сто раз тебе говорила - иди в зал. Там этого добра - на любой вкус и запрос.
Марина, в сторону которой была обращена реплика, с присущей ей рассудительностью выстроила логический ряд, и удивленно посмотрела на рыжую подругу, уже вступившую в привычный бой с тенью.
- То есть, вот именно в таком порядке - старперы, извращенцы, лузеры? Ты считаешь, что лузер хуже извращенца, серьезно?
- Не придирайся к словам, все они одинаковые, все черненькие, все прыгают, все ждут любви невероломной... Исключительно с нашей стороны.
- Если ждут, пусть заслужат и возьмут, - Тамарка решительным жестом прекратила начинающуюся дискуссию и перешла к конкретике.
- Показывай, Мариша, кого ты там выбрала. Понравился кто-нибудь?
Марина нашла в сети заложенную страницу и стеснительно сказала:
- Вот этот человек мне показался интересным.
Тамаркин любопытный нос немедленно оказался у экрана ноутбука, и грудным полновесным контральто она зачитала "презентацию" кандидата в спутники жизни.
- Толстый лысый алиментщик ищет добрую душевную женщину для совместного поедания плюшек.
Виктория захохотала, как филин в лесной чаще.
Тамара, превратившаяся в Тома-гавк, грозно обратилась к виновнице происходящего:
- Мариш, ты спятила?
Виновница смутилась еще больше и тихо произнесла:
- Ну... мне понравилось... по крайней мере есть чувство юмора... И на фотографии он на Жванецкого похож... с портфелем...
Тома-гавк пошла в атаку и зачастила:
- На Жванецкого? Так это и есть Жванецкий, старая фотка просто. Чувство юмора? Могу себе представить, его чувство юмора плюс алименты плюс твоя библиотЭка... Всю жизнь будете смеяться и помрете в один день. От смеха! Но не заживетесь, уж ты мне поверь, помрете быстро.
- Нет, мне надо выпить, - Тамарка страдальчески осмотрела небогатую маринину квартирку и начала уже со скорбью в голосе:
- Толстый! - она попыталась обхватить руками невидимый необьятный торс.
- Лысый! - поискала на своей буйной шевелюре три жалких волосины.
- А-ЛИ-МЕНТ-ЩИК!
И, наконец, резюмировала:
- Марина, твой мозг перенапрягся среди пыльных томов, иди в отпуск, отдохни, одумайся, потом вернешься к своим баранам...
Вика, погрузившаяся в сухое красное и раздумья, неожиданно вскинулась и ехидно спросила:
- А плюшки, плюшки-то он сам печет или в кулинарии за углом покупает? - и снова захохотала ведьминским смехом.
- Нет, девочки, это стеб какой-то, можно расценить, как шутку, но чтобы вот так всерьез... Марин, ну, неужели больше ни на кого душа не отозвалась? А тебе что-нибудь пишут? - живо поинтересовалась она.
Марина грустно потупилась, вздохнула и коротко сказала:
- Нет. Я неликвид. Реликт. Не вписываюсь, не привлекаю, не нравлюсь.
- Чтооо? - дружно заорали женсоветчицы, - что ты несешь вообще?
Тамарка принялась разливать вино, тараторя в сторону печальной Марины.
- Давайте выпьем сейчас и пошлем все в пень! Хочешь, звони своему любителю плюшек, от тебя не убудет. Хочешь, значит, звони и встречайся. Мужику, ему что нужно, - я где-то читала - всего две вещи ему нужно: уют и пьедестал.
А ты у нас уютная интеллектуалка, интеллигентная, воспитанная, готовить научишься...
- А может он вообще повар? - Тамарка внезапно обрадовалась открывшимся перспективам, и затараторила с новой надеждой:
- С голоду не помрете, если повар. Может, и тебя пристроит к котлам и кастрюлям.
Вика опять захохотала, мотая рыжей головой, как веселая лошадь.
- Все, - сказала она и подвела итоги обсуждения, - звони, встречайся, общайся, только не тихушничай, как с Метеоритом, держи нас в курсе. Будем посмотреть.
Продолжение -