С искренним любопытством и непреходящим ощущением дежавю наблюдаю кампанию по настойчивому продвижению в массы наследия русского философа Ильина.
В первых же строках хочу пояснить, что ничего не имею против изучения его наследия и популяризации отдельных его благих идей.
Да и вообще: мы люди XXI века, и странно было бы шарахаться от каких бы то ни было знаний. Изучать надо всё, имевшее значение и влияние: будь то Ильин, писатель Шмелев, поэт и философ Мережковский или даже писатель Кнут Гамсун, поддержавший, напомню, германский нацизм куда более очевидным образом, чем русские его коллеги, названные нами выше. Но когда у Михаила Шолохова (участника Отечественной, полковника Красной армии, чья мать была убита нацистским летчиком во время бомбежки станицы Вёшенской) спросили уже после войны, как он относится к Гамсуну, тот ответил, что это сильный писатель, и нет никаких причин отрицать данное обстоятельство. Гамсуна изучали в советских вузах, и это было признаком нашей интеллектуальной силы.
Меня однако несколько смущает другое.
А именно: идущая кампания по шельмованию всех тех, кто на продвижение Ильина смотрит чуть строже, чем автор этих строк.
«Левачки», «пятая колонна», «шестая колонна», «враги Путина», «работают на Украину» – так говорят и пишут об этих людях в ежедневном режиме.
Вы серьезно?
Ощущение дежавю у меня возникло в связи с тем, что я помню подобного толка кампании, что проводили российские либералы в 90-е годы касательно тех, чьи взгляды им были невыносимы.
«Красно-коричневое отребье», – так они называли нас. «Раздавить гадину!» – так они требовали, глядя на противников либерализма. «Они против президента!» – поясняли они.
Вы скажете: тоже мне сравнил.
Но я попробую объяснить, отчего такие сравнения приходят на ум.
Можете заказать любому социологическому центру опрос русских людей на две темы.
Для начала: поддерживают ли они изучение Ильина.
А затем, например, поддерживают ли они возвращение памятника Дзержинскому на Лубянку.
Могу ошибаться в предполагаемых результатах данных опросов, но непринципиально.
За возвращение памятника Дзержинскому выскажется на менее 60 процентов, а за изучение Ильина – ну, например, 15.
И в этом смысле аналогии с либералами, увы, вполне себе действенны.
Те называли «красно-коричневым отребьем» две трети населения, имея при этом уровень поддержки своих идей процентов максимум в 15 (примерно столько составлял совокупный рейтинг либеральных партий).
Нынче обзывают «левачками» и с чувством необоримой брезгливости «совецкими» всё те же две трети населения. Русских людей!
Но что вы за «русские националисты» такие, если вы так презираете русских?
Понятно, что чувство «исторической правоты» (как вы её понимаете) наделяет вас необычайной убежденностью, но как бы в самой постановке вопроса не таилась ошибка.
Наших благополучно отбывших либералов – держателей дискурса 90-х – и наших правых консерваторов, что нынче претендуют на создание идеологии, втайне единит одна черта.
И те и другие – тайные или явные сторонники сословности.
И для тех, и для других существует «аристократия духа» (они) и – остальные. Если остальные чего-то не понимают – то они быстро переходят в разряд «хамов» и «совков».
Но это, повторюсь, обычные русские люди, дражайшие господа или как вас, не знаю, называть.
Если вы действительно против деления на красных и белых, как вы это декларируете, то – вот моя рука.
Мы со товарищи готовы поддержать вас в деле изучения наследия Ильина. Мы готовы уважительно говорить и писать об этом или, если вам угодно, преподавать наряду с вами на ваших кафедрах – со всем, как говорится, научным уважением к изучаемому предмету, и тем более – к идее русского консерватизма, которую мы разделяем всецело.
Ну а вы вместе с нами инициируете возвращение памятника Дзержинского на Лубянку. В рамках национального примирения, коего мы все взыскуем.
Но если всё-таки нет, то результаты вашей деятельности однажды неизбежно приведут к тем же результатам, что нами были упомянуты выше.
Наступит тот срок, когда вы публично и хором потребуете «раздавить гадину».
То есть всех тех, кто вам «мешает».
Это и станет вашим, пусть и отложенным, историческим поражением. Потому что давить русских людей нехорошо. Даже если вы лично назначили русскими исключительно самих себя, а остальным приказали определяться.
Русские люди сами определятся. Никому мало не покажется.
