Нина Алексеевна на пенсию ушла, потому что хватит, надоело. Работала воспитателем в детском саду. Работа беспокойная и ответственная.
Заведующая собрала коллектив и сказала: «На заслуженный отдых нашу Нину Алексеевну провожаем. Столько детей через ее руки прошло. И всем дарила свою любовь, всех учила добру и честности. Старая гвардия профессионалов уходит на отдых. Не забывай, Нина Алексеевна, коллектив».
А еще сказала, что в связи с таким событием полагается премия. Кроме премии, вручили букет красных роз и сувенир – альбом с фотографиями, на которых молодая пенсионерка изображена в разные годы.
Вышла Нина Алексеевна на улицу, навсегда закрыла двери детского сада.
Противно, если честно: заведующая добренькой притворилась, а сколько крови выпила! Постоянно придиралась – все не устраивало.
И дети разными были. Только отвернешься, обязательно неприятность. То подерутся, то кто-то расплачется, то кто-то внезапно заболеет. И всегда тревога.
Женский коллектив, поэтому замуж так и не вышла. Придется доживать в одиночестве тихо-тихо.
Пришла домой, поставила букет в вазу. Красивые цветы, а почему-то не радуют. Наверное, потому, что не от души – формальность все это. Сунули, как говорится, «веник»: иди, Нина, домой, хватит с тебя.
Шумные годы пролетели быстро, и вот тишина. Не надо на работу, можно неделями из дома не выходить.
Позвонила сестра, поздравила: «Может, отметим? Все-таки праздник, столько лет отработала».
Нет, не хочется. Чему радоваться? Молодость же прошла. Так быстро прошла – незаметно.
Переоделась Нина Алексеевна, пошла гулять. Надо привыкать к бесцельным прогулкам, надо привыкать к своей ненужности.
Можно было еще поработать, но стала болеть голова, и нервы не в порядке. Иногда так разнервничаешься, что заснуть не можешь. А утром вставай и иди: дети ждут. И не опоздать.
Да, всё, хватит. Закончилась трудовая деятельность. Пенсия небольшая за все эти годы, даже обидно. И формулировка неприятная: по старости. Разве это старость?
Бродила Нина Алексеевна, домой не спешила, никто не ждет, кроме большого рыжего кота. Но он потерпит, раньше дольше терпел, сейчас все дни вместе.
Голова не понимала, что же произошло? Сознание не принимало тишины. Растерялось сознание, сознание в недоумении.
Села на скамью, думала, что пора в магазин, чтобы продукты купить, приготовить еду дня на два.
Недалеко показался парень в военной форме. Остановился, словно что-то забыл, затем резко свернул и зашел в небольшой магазин.
А молодая пенсионерка продолжала сидеть: всё, спешить некуда.
Подошел военный, в руках белые розы:
- Здравствуйте, Нина Алексеевна! Не узнаете? А я вас сразу узнал.
Посмотрела, улыбнулась:
- Гриша! Ты изменился, но можно, можно узнать. Я так рада.
Парень подарил цветы: «Это вам, Нина Алексеевна. А я военное училище закончил, теперь лейтенант. Скоро ехать, место службы ждет».
Немного помолчал: «Никогда вас не забуду. Помню, вы нас родину любить учили. Даже те слова помню. Любил вас как маму. Очень вас уважаю, Нина Алексеевна. А вы не изменились, такая же добрая и красивая».
Встала бывшая воспитательница, обняла молодого лейтенанта: «Спасибо, Гриша, поздравляю тебя, а про то, что я не изменилась, ты хватил, разумеется. Но ничего, не изменилась, значит, пусть так и будет. Мне приятно, благодарю тебя».
Вернулась домой, рыжий кот ходил по пятам – соскучился. Надо достать другую вазу для белых роз.
После ужина сидела на диване, поджав ноги. Рядом дремал рыжий кот. На столе два пятна: красное и белое. И хотелось смотреть только на белое. В нем было что-то душевное, теплое, хорошее.
Нет, Нина, не надо печалиться. Жизнь продолжается, только она теперь изменилась. Так бывает с рекой: шумит на камнях, гремит на всю округу, потом спокойно несет свои воды. Так и должно быть. Хватит шума, послушаем тишину.