Если невозможно назвать одного Самого Всенародно Любимого поэта 1980-х, то Юлий Ким совершенно точно входил в первую пятёрку. И сегодня забытым его никак не назовёшь: песни из "Бумбараша", "Собачьего сердца" или "Обыкновенного чуда" - это навсегда. Уже в разряде классики.
Откуда же горечь, которая примешивается к восторгу? Ведь поэт всегда имеет право на своё мнение, и как-то ограничивать его в возможности высказываться - грех, непростительный для государства, не так ли? И если в биографии поэта расстрел отца и ссылка матери, сложности с КГБ (десятилетний запрет на концерты за диссидентскую деятельность), так разве он не заслужил...
Да всё заслужил, и всё получил. И дай бог здоровья и долгих лет жизни. НО...
А в чём это "НО", призадумалась, откопав в своём бездонном архиве вот эту программку:
Кто помнит 1988 год, тому ничего объяснять не надо: последний относительно благополучный год перед тотальным дефицитом. Время, когда сытым пока ещё людям усиленно внушалось, что они голодные! А чтобы подкрепить внушение, "вдруг" пропадало то одно, то другое. Пропажа табака вызвала та-а-кую манифестацию на весь Невский!
Но люди ещё верили, что будущее зависит от нас. Как захотим - так и будет! И какой же это был весёлый праздник непослушания: читали, говорили, пели, что хотели!
И слушали, кого хотели. Барды получили ТАКИЕ концертные площадки, о которых и мечтать не могли! Кассу брали штурмом: кто же не знал Кима! Иные шли посмеяться, зная автора как блистательного юмориста, иные - в надежде послушать лирику, которая лишь от случая к случаю появлялась в печати:
Случалось ли кому во мраке каземата,
Когда уже судом назначен смертный час,
Ловить и провожать последний луч заката:
Он не спасёт, но он утешит вас...
О, поздняя любовь! Ты узнику подобна:
Лови последний луч, надейся: может быть,
Отыщется душа, которая способна
Хоть сострадать, уж если не любить!..
Концерт был прекрасен. Вспомнили и песни из фильмов, и не столь популярные, но столь же остроумные песни из спектаклей... Чего стоил хотя бы "гимн репетиторов" - песня Цифиркина и Кутейкина из "Недоросля"! И цитаты из новой пьесы "Московские кухни" - история дессидентства в уморительных стихах. "Родной ЦеКа, уйми ЧеКа, освободи политЗэКа!"
И рассказы о Дальнем Востоке, где довелось работать учителем, и о песнях, которые одно время представляли на радио "русскими народными":
- Я тогда начал снимать телефонную трубку со словами: "Русский народ у телефона!
"Злобы дня" на этом концерте не было. Или просто не помню? Но если бы была - запомнилась бы реакция зала. Потому что "новенькое" вскоре было напечатано: "Записка в президиум".
.... Уходите, ваше время истекло!
Уходите под сукно и за стекло!
Ну поглядите на число или хотя бы за окно
И убедитесь: ваше время истекло!
Но только, если можно,
Давайте неотложно,
И ничего не надо обновлять!
На что заплатки ставить?
Матерья вся сгнила ведь,
Нам ваша РКП - что буква "ять"!
Оставят вам законы,
Дома и пенсионы,
Вы только, уходя, прикройте дверь:
Без этой вашей дури,
Без кулака и пули
И лекций про "гуманную модель"!
Как только вы уйдете,
Поскольку мы в цейтноте,
Начнется потрясающий атас!
И дров мы наломаем,
И дурочку сваляем,
И то и се - но главное, без вас!
Вы жутко надоели!
От вас мы одурели!
Пора уже в сознание прийти!
Так что давайте-давайте, давайте, давайте,
Валяйте-валяйте, ступайте-ступайте,
Ну что вы встали - дайте же пройти!
И письмо "Князя московского в Вильну":
"Казимира, Казимира, ты почто мне изменила?..
Я не Йоська с Рибентропкой, Я не Лёнечка с Андропкой,
Я, конечно, дал свободу, но отнюдь не для разводу"...
Смеяться уже не хотелось. Надоели "кремлёвские старцы"? Или просто драйва в жизни не хватало? Шутка ли - сорок с лишним лет мира, с ума же можно сойти от скуки... Ну ладно, видимо, так человек устроен. Но... КОМУ "дайте пройти"? Ради КОГО предлагалось "валять и ступать"? Дорога-то расчищалась Ельцину и Собчаку! И попробуй теперь припомни, ЗА ЧТО целый Питер возлюбил Собчака. За то, что галстук носил изящно и как-то особенно честно поводил широкой ноздрёй... Более 80% голосов набрал как "почётный горожанин".
Ну хорошо, "ВЕРИМ". Однако "Начнется потрясающий атас! И дров мы наломаем, И дурочку сваляем"...
КАКОЙ это будет АТАС, вероятно, и сам Юлий Чирсанович не предполагал. Через несколько месяцев не станет СТРАНЫ.
И "политических" песен у Кима теперь долго не будет. Начнётся поиск своего места на Земле, потому что дома - 90-е.
"О, прекрасный город Хайфа!
Никогда за годы лайфа
Я такого кайфа не ловил!"
И сейчас живёт между Москвой и Израилем. Где лето, где зиму. Нормально и имеет право. Но как не думать, что же за народ - поэты? Выплеснут настроение, которое может вскоре измениться - работа у них такая. А в чём поучаствовали - лучше забыть. Наивные-простодушные, как и положено поэтам.
Останутся стихи.
Жажда уставших коней
Да утолится зерном.
Жажда сожжённых полей
Да утолится посевом.
Да возвратится любовь
В сердца, разорённые гневом,
Как возвращается путник
В покинутый дом...
Слёзы горячие наши
Да одолеют броню !
Души незрячие наши
Да сподобятся вечного света !
Не обмани, не убей, пожалей,
Возлюби человек человека !
И простится тебе на земле,
И воздастся в раю!
А всё же невозможно не думать, что если бы Высоцкий прожил подольше? Неужели и он бы позволил себе опьянение безбрежной свободой - с неизбежным похмельем?