Центральным догматом христианства является Триединство. Очевидно, что вера в Святую Троицу уникальна и присуща только христианам. Ни иудаизм, ни другая мировая религия не знают единого Бога в Трех Лицах.
Подробнее о тайне Св. Троицы можно прочесть ЗДЕСЬ:
Есть, правда, в некоторых древних книгах упоминания, названные В.Я. Рафаенко «смутным предпознанием». Он, в частности, ссылается на древнекитайскую «Книгу перемен» («И-Цзин» или «Чжоу И»)[1], содержавшую, по мнению ряда исследователей, предание о сотворении мира: «Великая Начальная Единица тройственна: она есть три, и три суть одна. Дао есть Бытие в тройственности… Непостижимость этой Триады заключается в единстве. Она вечна, неисповедима» [2].
Развивая мысль о «смутном предпознании», можно привести также высказывание Аристотеля о том значении, которое придавали в древности изначальной троице: «Ибо, подобно тому, как утверждают и пифагорейцы, все и вся определены числом «три». И, действительно, конец, середина и начало обладают числом всего, а это – число троицы»[3].
Если же вести речь о «триадах» различных языческих богов, то там каждый из них являлся отдельным, самостоятельным богом. Они ничего общего не имеют с единым Богом-Троицей, кроме использования числа «три».
Постичь до конца суть триединства Бога, как абсолютной истины, не дано никому из людей. В XVII веке философы ввели понятие антиномии (греч. anti — против; nomos — закон) применительно к противоречащим друг другу высказываниям об одном и том же объекте, которые имеют логически равноправное обоснование. А. Десницкий, например, отмечал, что на многие сложные вопросы «христианское богословие отвечает с помощью антиномий, то есть богословских формул, которые сочетают воедино несочетаемое» и «большинство споров из области богословия и практики христианской жизни были и остаются поиском точки равновесия между двумя антиномическими полюсами»[4]. Полагая, что «истина есть антиномия», Павел Флоренский сформулировал правило о том, что «тезис и антитезис вместе образуют выражение истины».
Сегодня для объяснения наблюдаемых противоречий исследователи широко используют введенное Нильсом Бором (применительно к квантовой механике) понятие принципа дополнительности. Согласно этому принципу две взаимоисключающие картины (энергетически-импульсная и пространственно-временная) на самом деле «дополняют» друг друга и лишь их совокупность может дать исчерпывающую информацию об этих явлениях как о целостных.
То, к чему Н. Бор пришел лишь в 1927 году, еще в IV веке интуитивно почувствовали православные богословы Василий Великий и Григорий Богослов, сумевшие найти догматически безупречное решение стоявшей перед ними проблемы выразить Бога одновременно и как одного и как трех (три суть едино), показав, что значит быть совершенно Богом, оставаясь совершенно человеком[5].
В.М. Лурье писал: «Логическая конструкция, в которой описание Бога как «одного» совмещается с описанием Бога как «трех», строится аналогично тому, как в квантовой физике было построено описание света как одновременно потока частиц и волн электромагнитного поля. Такие взаимоисключающие, но одинаково и одновременно истинные описания реальности называются на языке современной философии «дополнительными» в смысле принципа дополнительности Нильса Бора»[6].
В христианстве цифра «три» занимает совершенно особое место и имеет символическое значение. Можно сказать, что в христианстве все троично. Коммуникативная триада «участников общения»: Бог - Посланники Бога – Люди. Не только Бог триедин, но и Его посланники: Апостолы – Евангелисты - Святые Отцы церкви. Три добродетели. Три конечных момента человека (смерть - Божий суд - небо или ад). Откровение Бога тоже имеет «ступенчатый, или многоуровневый характер, по своей коммуникативной структуре напоминающий «рассказ в рассказе», включающий «еще один рассказ» и включенный «в еще один рассказ»[7]…
Трижды искушал Иисуса диавол, три раза Он подходил к спящим ученикам во время Гефсиманского моления. Трижды пропел петух перед отречением Петра. Столько же раз его перед этим вопрошали: не ученик ли он Иисусов? А когда Иисуса вели на Голгофу, Он три раза падал. Распятых в тот день было трое. Воскресение Иисуса тоже произошло на третий день после распятия…
Особое значение этому числу придает Матфей. У него «троичное деление генеалогии Иисуса, три инцидента в детстве Иисуса, три иллюстрации праведности (6:1-18), три запрета (6:19-7:6), три заповеди (7:7-20), три чуда исцеления (8:1-15), три чуда силы (8:23-9:8)…».
Создается впечатление, что эта цифра незримо присутствует в каждой строке Нового Завета: число букв в самом слове Бог, возраст Иисуса – 33, год Его казни – 30…
А венчает все Главный символ веры – триединство Бога.
Между тем, некоторые религиозные секты, например, «Свидетели Иеговы», отрицающие Святую Троицу, утверждают, что такое понятие вовсе не встречается в Библии. Но это не так. Действительно, учение о Святой Троице приобрело точные формулировки лишь в IV веке. Но они появились не на пустом месте, а вытекали из новозаветных текстов. В этом можно убедиться, если обратиться к Евангелиям:
Иисус напутствует апостолов словами: «Итак, идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа» (Мф. 28:19).
«Утешитель же, Дух Святый, Которого пошлет Отец во имя Мое, научит вас всему и напомнит вам все, что Я говорил вам» (Ин. 14:26).
«По предведению Бога Отца, при освящении от Духа, к послушанию и окроплению Кровию Иисуса Христа: благодать вам и мир да умножится» (1 Пет. 1:2)
«Благодать Господа (нашего) Иисуса Христа, и любовь Бога (Отца), и общение Святаго Духа со всеми вами. Аминь» (2 Кор. 13:13).
[1]Текст этой загадочной и крайне трудной для понимания книги (она состоит из символов – гексаграмм) был принят конфуцианской традицией в V веке до н.э.
[2]Цит. по - Рафаенко В.Я., «Фактология», на сайте - http://rafko.narod.ru/textWe.html.
[3]Цит. по - Лосев А.Ф., «Античный космос и современная наука», М., 1993. С.84.
[4]Статья А. Десницкого «...Для иудеев соблазн, для эллинов безумие...», основанная на докладе, сделанном в Москве на Первых Библейских чтениях 11.09.2004.
[5]Подробнее об этом в статье Б.В. Раушенбаха «Логика троичности», Вопросы философии, №3, 1993, С. 63-70.
[6]Лурье В. М., «История Византийской философии. Формативный период» — СПб.: Аксиома, 2006 С. 66-67.
[7] Панкин С.Ф., «История мировых религий. Конспект лекций», М., Эксмо, 2008, с. 63.