Валентина Ивановна проснулась рано утром, как всегда, в пятом часу. В кухне всё было, как она оставила накануне вечером: в раковине одинокая тарелка с засохшими остатками каши, на подоконнике старая тряпка для мытья окон, в углу – медный самовар, доставаемый только по праздникам. Она закуталась в тёплый халат и накинула шерстяные носки, подарок от сына на последний Новый год. Он прислал их из Москвы, где служил в научно-исследовательском институте. Валентина Ивановна долго рассматривала носки, вязка которых была ровной, почти машинной, и думала о том, что он, наверное, купил их на каком-то рынке. Но потом решила, что это не важно, главное, что он помнит о ней. На кухне было прохладно, и Валентина Ивановна включила газовую плиту, чтобы вскипятить воду для чая. Она любила этот момент – когда в доме ещё тихо, все спят, а она может насладиться минутами спокойствия. Чайник загудел, и она насыпала в заварник чёрный чай, добавила пару веточек мяты, что собрала летом и сушила на чердаке. Села