— Прекрасно! Твоя мама решила, что я тут какой-то коврик для ног! Не собираюсь спать на полу! — Глеб был в ярости.
— О таких вещах договариваются заранее! Мы ждали её, но не на такой срок! И не вдвоём! — Соня пыталась успокоить мужа, но тот кипел от злости.
— Она привезла с собой целый цирк! В прошлый раз ей не удалось меня доконать, так она реванш вздумала взять! — Глеб выглянул в окно, проверяя, не подслушивает ли тёща.
— Приезжаю на станцию, жду. Автобус из Твери опоздал на час, можно было бы предупредить! — Он нервно усмехнулся, вспоминая.
— Вот, выходит она из автобуса, я руку протягиваю, а она разворачивается и помогает спуститься... своей сестре Лидии! — Глеб стукнул по подоконнику.
— Любимый, я клянусь, не знала! Она мне ничего не сказала! — Соня пыталась оправдаться.
— Не знала, говоришь? А дальше начался полный цирк. Твоя мамаша заявляет, что останется у нас на месяц. Потому что Лидии нужно пройти обследования. Весь месяц! — Глеб злобно облизывал пересохшие губы.
— Не на неделю, как договаривались, а на целый месяц! И так спокойно говорит: «Глеб, мы займём вашу спальню, Соня будет спать на диване в гостиной, а ты на полу!» — Он крепче сжал телефон.
Глеб хотел продолжить, но тут вбежал заплаканный Тимошка.
— Папа, бабушка сорвала мой плакат с супергероем. Сказала, что это демон, который питается моей силой. — Ребёнок испуганно прижался к отцу.
— Соня, мне пора... У нас тут демоны силы детей питаются... — Глеб закрыл окно.
— Какие демоны? Что происходит? — Растерянно спросила Соня, но Глеб уже повесил трубку.
Глеб вошёл в детскую. Бабушка насильно читала внуку книгу, спрятав телефон. Мужчина был в шоке.
Все детские плакаты сорваны, игрушки валяются на полу. Бабушка отбирала в пакет те, что ей не нравились.
— Валентина Ивановна, что вы здесь устроили? — Глеб пытался сохранить спокойствие.
— Ты посмотри, каких чертей внук себе на стены навесил! — возмутилась тёща.
— Это супергерои из комиксов! Обычные плакаты и игрушки! Зачем вы их сорвали и собираете игрушки в пакет? — Глеб не выдержал.
— Потому что выброшу их на помойку. Я не собираюсь жить во грехе! — заявила тёща, засовывая любимого робота Тимошки в пакет.
— Вот есть нормальные машинки, лук со стрелами на липучках... В это пусть играет. А этим демонам и плюшевым зверям не место в доме моего внука! — Женщина пронзительно посмотрела на Глеба.
— Папочка, что здесь происходит? — Тимошка увидел беспорядок и гору игрушек на полу.
— Ничего, сынок. Бабушка решила посмотреть твои игрушки. — Глеб обнял сына, чтобы тот не понял, что происходит.
— Не волнуйся насчёт плакатов, я тебе куплю в два раза больше. — Глеб развернул Тимошку и ласково вывел его из комнаты. — Беги в гостиную смотреть мультики.
— Как это смотреть мультики, а бабушкину книжку кто слушать будет? — возмутилась тёща.
— Валентина Ивановна, вы серьёзно? Это учебник для пятого класса, Илье всего пять лет! Ему это неинтересно. — Глеб усмехнулся. — Вы бы ему ещё алгебру почитали.
— Какая разница, лучше, чем телевизор. В моём детстве не было ни телефонов, ни злых игрушек. Пусть лучше природу изучает. — проворчала тёща.
— А игрушки я всё равно выкину! Вот не будет вас дома, и я выброшу всех этих демонов и роботов. — Валентина Ивановна покосилась на зятя.
Женщина с презрением бросила пакет с игрушками, нашла свою сестру и потащила её в город.
Глеб позвонил своим родителям и попросил забрать Тимошку на выходные на дачу. Родители как раз собирались на природу.
— Чувствую, что с этой тёщей меня ждут не самые приятные выходные, — подумал он, собирая игрушки для дачи, чтобы спасти их от тёщи.
Когда Глеб вернулся домой, его уже ждали Соня, тёща и её сестра.
— Давайте поговорим, как взрослые люди. — Глеб вошёл на кухню и окинул взглядом присутствующих.
— Валентина Ивановна, почему вместо недели, на которую мы согласовывали визит, вы решили приехать на месяц? Да ещё и сестру притащили? — Глеб вопросительно посмотрел на тёщу.
— Места у нас нет, и мы с Соней на месяц совместной жизни не подписывались. — Он искал поддержки у жены, которая молча разглядывала чашку с чаем.
— Глеб, я же сказала, что Лидии нужно обследование. У нас в Твери медицина не такая, как здесь. — Тёща качала головой.
— Так что не умничай и исполняй свой долг. — отрезала Валентина Ивановна, не скрывая раздражения.
— Семейный долг? — Глеб усмехнулся. — Я эту женщину впервые вижу. С чего это я должен примоститься на полу на целый месяц? — Он вопросительно посмотрел на тёщу.
— Ну если не хочешь на полу, можешь спать на кресле. — Невозмутимо произнесла Валентина Ивановна, покосившись на кресло, в котором сидел Глеб.
— Это наглость! — Глеб резко выдохнул и рассмеялся. — Я оплачиваю ипотеку, содержу семью, а вы сваливаетесь и указываете, что делать в моём доме!
— Не заговоривай мне зубы! — огрызнулась тёща. — Принято заботиться о родственниках.
— То, что ты тут перехитрил бедность и раздобыл сто квадратных метров в столице, это похвально. Но не забывай, что живёшь с моей дочкой. — Тёща громко отхлебнула чай.
— Моя дочь родила тебе сына. Половина квартиры ей принадлежит. Так что сиди тихо и не отсвечивай. — Тёща звонко поставила чашку.
— Если я приехала с важным родственником и говорю, что надо подвинуться и потерпеть неудобства, значит, так и сделаешь. — Тёща посмотрела на Глеба колючим взглядом.
— Или хочешь, чтобы моя больная сестра спала на полу? Или твоя жена и сын? — Валентина Ивановна качала головой.
— А себя в списке забыли? — Глеб усмехнулся. — Может, вы спите на полу? Или ещё лучше... Я хотел бы, чтобы вы вообще не приезжали. — Глеб взял конфету и ушёл в спальню.
— Любимый, давай снимем им номер в отеле? — Соня вбежала в спальню следом за мужем.
— Номер? — Глеб с удивлением посмотрел на жену.
— Твоя мама не уважает меня! Сегодня она чуть не выкинула половину игрушек Тимошки. Плакаты сорвала. — Глеб сердито качал головой.
— Твоя мама постоянно недовольна. Машину я вожу резко, обед не приготовил... И я должен оплачивать отель? — Глеб почесал руку и облокотился на дверь.
— Это будет лучше, чем ссоры каждый день. — Соня с надеждой смотрела на мужа.
— Ты знаешь, сколько стоит номер в Москве на месяц? Даже квартира посуточно... — Глеб кружил по спальне.
— Это дорого! И почему я должен оплачивать проживание сестры твоей матери? Пусть сами платят. А я лучше сыну что-то куплю. Или мы все на море поедем. — Глеб лёг на кровать и закрыл лицо руками.
— На полу я точно не буду спать! Сегодня заночую в комнате сына, чтобы твоя мамаша не выкинула ни одной игрушки. — Мужчина резко встал и вышел из спальни, хлопнув дверью.
На следующий день произошло то, чего Глеб не ожидал...
Проснувшись в детской, Глеб не увидел на месте любимую копилку Тимошки. Там было уже десять тысяч рублей.
— Может, я её на дачу отвёз? — Копилка была в виде забавного монстрика, но точно не нравилась тёще.
Глеб позвонил родителям. Те сказали, что копилки на даче не было.
— Валентина Ивановна, вы не видели копилку Тимошки? — Глеб стремительно вошёл на кухню.
— Какую копилку? — Тёща вопросительно посмотрела поверх очков.
— Чёрную, круглую, в виде забавного существа. — Глеб описал игрушку, в которой Тимошка хранил деньги.
— А это... Так я её вчера на помойку отнесла. Не знала, что там деньги. Мерзкая была. — Тёща поморщилась.
— Валя, пойдём на зарядку! — Лидия вбежала на кухню. — Нашла бесплатную тренировку в парке...
— Какая тренировка? — Глеб вопросительно посмотрел на сестру тёщи. — Вы же болеете, вам обследования нужны...
— Просто постоим, воздухом подышим. — Лидия попыталась оправдаться.
— Обследования вечером. — Валентина Ивановна поддержала сестру.
— Обследования и врачи в субботу вечером... Ну-ну. — Подумал Глеб.
Вечером он решил проследить за женщинами. С печальными лицами, они отправились по врачам. Глеб тихо вышел за ними.
Вскоре он увидел, как они зашли в шикарный ресторан. Глеб последовал за ними.
Он хотел устроить скандал, но заметил, что за ширмой стоит ещё один столик. Глеб присел и заказал кофе.
Он написал Соне и попросил её прийти. Через пять минут Соня вошла.
— Тише, они нас заметят. — Глеб проводил супругу к столу.
— Ну что, Лидия, сегодня мы кайфуем! — Валентина Ивановна радостно воскликнула, когда официант принёс вино и шашлык.
— Ей можно пить? — Шепотом спросила Соня, глядя на больную сестру матери.
— Как и заниматься спортом. — Усмехнулся Глеб и продолжил слушать.
— На чьи деньги банкет? — Весело спросила Лидия, отпив вина.
— Сегодня гуляем на деньги внука. Я нашла его копилку. Зачем малышу десять тысяч? Нам они нужнее. — Валентина Ивановна чокнулась хрустальным бокалом.
— Здорово придумала сказать, что я болею. Я давно мечтала пожить в Москве, но дорого снимать. — Лидия жевала шашлык.
— У этого Антона ещё что-то есть? Копилка — это хорошо, но может, можно ещё что-то стащить? Мне бы тысяч пятьдесят... — Лидия вздохнула.
— Порыскать надо. Может, часы. Они квартиру в ипотеку взяли, и моя дочь платит половину. — Валентина Ивановна сделала глоток.
— Думаю, как бы их рассорить, чтобы развелись. Чтобы моя дочка нашла богатого мужчину. Я бы установила свои порядки. — Женщина жадно ела шашлык.
— Подумай, у нас месяц. Главное, чтобы Антон спал на полу. Полезно ему. Возомнил себя хозяином. — Лидия чокнулась с сестрой.
— Не говори, сестрёнка. Ипотека пополам, а правила Антон устанавливает. Непорядок. Надо его приземлить и указать на место.
Глеб и Соня переглянулись. Супруги жестом попросили счёт за два кофе и вернулись домой. Не говоря ни слова, они быстро покидали вещи Валентины Ивановны и Лидии в чемоданы...
И выставили чемоданы за дверь. Затем закрыли квартиру и отправились к родителям Глеба на дачу.
— Любимый, я сожалею о случившемся с моей матерью. — Сидя в такси, Соня заблокировала номера матери и её сестры.
— Я всегда буду на твоей стороне и на стороне нашего сына. Я тебя люблю. — Соня крепко поцеловала мужа.
— И я тебя люблю! — Глеб обнял супругу.
Валентина Ивановна и Лидия опешили, увидев свои вещи на лестничной клетке.
Сначала они трезвонили в дверь, потом пытались дозвониться, ругались. Потом уехали обратно в Тверь. Соня и мама не разговаривают уже три года.
У Сони и Глеба всё хорошо. Они воспитывают сына в любви и по выходным проводят время с родителями Глеба.
А Лидия так и не починила забор. Каждый день она выходит во двор и с презрением смотрит то ли на забор, то ли на солнце, которое одинаково светит всем.