АННА КАРЕНИНА. ПРОБУЖДЕНИЕ

__________________________________

Карен Шахназаров создал свою киноверсию бессмертного романа Толстого и назвал её «Историей Вронского». Вронский говорит: «Может быть Анна жива! Может быть, это не она была там на станции…»

_________________________________

«Я должна как можно скорее закончить свою жизнь… Или вернуться к Каренину. Согласившись на полное, безоговорочное унижение. Каким оно будет бесконечным – моё унижение. Быть раздавленной поездом или этим унижением? Всё одинаково! Чего я хочу: как можно сильнее наказать Вронского или видеть сына?.. Как можно сильнее наказать Вронского… За что? За то, что приняла его любовь? За то, что сама любила его? Господи! Лю-би-ла… Где это всё?» Ещё несколько минут назад Анна мучительно и безысходно любила и ненавидела Вронского. Где это всё? Пустота – это или новая жизнь?

Анна приехала к мужу, когда тот был дома. Её появление было настолько внезапным, что прислуга не посмела, вернее сказать, не успела задержать её на пороге. Женщина со скоростью кометы оказалась в гостиной, где в таком же смятении и, даже, испуге был и сам Каренин. Минуты две спустя, он жестом выгнал прислугу из гостиной.

«Комета» молчала. Алексей Александрович каким-то шестым или, даже, десятым чувством понял, что Анна «прилетела» не за разводом. За несколько лет совместной жизни и тем, что они пережили, он сам того не подозревая, научился понимать её без слов. Но виду не подал и свою догадку спрятал ещё глубже.

– Сударыня! Вопрос о нашем разводе сейчас не в моей власти. – Прибавив ещё больше, чем было, металлических нот в своем голосе, Каренин продолжал: – я прекрасно вижу ваше состояние. Оно более чем отчаянное. Поверьте, я… – договорить он не успел.

– Сударь! Состояние моё отчаянное и положение моё безвыходное. Но таким я могла определить его ещё несколько часов назад. А сейчас я пришла не за разводом. Вопрос о нашем разводе и в Вашей власти и в Вашем желании. Вернее, в Вашем нежелании. Я и пришла, чтобы … вернуться к Вам. Я опозорила Ваше имя. Я растоптала свою репутацию. Поступайте со мной так, как сочтете нужным. У Вас есть глухие, очень далекие отсюда две деревни. Сошлите меня туда. Но умоляю Вас об одном: позвольте мне видеться с сыном. – Говоря последние слова, она также попыталась добавить металлические нотки в свой, на удивление спокойный голос. Она уже раздавлена. «Поездом», жизнью… "Поездом", который прокатился по её жизни, унося сначала размеренную семейную идиллию напоказ, а потом и всю её разбойничью, грешную любовь. В ней всё тихо и безжизненно. . Она готова к той силе, которая будет давить и кромсать её душу, как если бы поезд давил и кромсал её тело.

«Всё! Я отвоевал её!» – это была не мысль, а, скорее, еле уловимое ощущение для Каренина. Какие он испытывал к ней чувства, он не знал. Вновь свалившееся … счастье или несчастье в виде молодой, красивой, опозоренной бунтарки, матери его сына, его законной жены перемешало в нём всё. Это – счастье? Или это – несчастье? «Господи! Да, я такой же бунтарь против высшего света! Мне хочется опозоренного, униженного, оплёванного всеми СЧАСТЬЯ!» – с ужасом и упоением думал он, глядя на Анну.

Когда мы очень хотим кому-то отомстить, то перестаём хотеть этого, если получаем абсолютную власть …

__________________________________

Вот так! Анна спаслась, а Вронский… Вронский бросился под поезд! Да нет!.. Поезд задержался к тому месту, где Вронский его ждал. Так и быть! Позволим ему жить и, даже жениться. Но без любви! И подкинем ему ещё парочку замужних женщин, за которыми он, будучи женатым, будет волочиться. Пусть живет скучно и привычно для него. Дочь Анны и Вронского «умерла». Во всяком случае, для «правильного» и жестокого высшего света было озвучено именно так. Её отдали на воспитание в деревню. Вопросом этим занимался Каренин. Вронский возмутился и попытался вмешаться, но закон был не на его стороне. Его дочь – Каренина. Он отступил и не стал опровергать слухи об её смерти. Для её же блага.