Так Кирилл Кабанов реагирует на повышение Сбербанком ставок по базовым ипотечным программам на 1,3 процентного пункта с сегодняшнего дня, 2 июля.
«О какой доступности жилья можно вообще говорить при постоянном повышении ставок и отказе от льготной ипотеки. Т.е. всё делается исключительно в интересах олигархического капитала и банков, а не граждан. При этом всё происходящее полностью противоречит тем задачам, которые ставит Президент по доступности жилья и создания достойных условий жизни для молодых семей и стимулирования рождаемости», – считает Кирилл Кабанов.
Банкам наплевать на развитие страны, россиян и указания Владимира Путина, убеждён член Совета при президенте по развитию гражданского общества и правам человека и председатель Национального антикоррупционного комитета. Они руководствуются возможностью получения сверхдоходов – как при массовом завозе мигрантов, так и при «торговле» персональными данными клиентов, говорит он. Кирилл Кабанов указывает, что банки «во главе со Сбером» выступили против инициативы Совета при Президенте по развитию гражданского общества и правам человека о создании «народных жилищных сберкасс», которые, по его словам, многократно увеличили бы возможности россиян по покупке жилья.
«Они готовы выкидывать миллиарды на строительство объектов для сверхбогатой «элиты» (цинично уничтожая при этом культурно-исторические объекты и серьёзно вредя экологии), при этом постоянно поднимая стоимость услуг для обычных людей, тем самым всё дальше снижая доступность обычного и необходимого жилья. Капитализм во всём своём зверином оскале, бесконтрольный и разрушительный для нашей страны и её будущего, вредный для нашего народа», – заключает Кирилл Кабанов.
Вчера в Сбербанке сообщили, что увеличивают ставки по базовым ипотечным программам на 1,3 процентного пункта. Теперь минимальная ипотечная ставка при приобретении жилья в новостройке, вторичного жилья, строительстве дома, а также по программе рефинансирования составит 19,5%. В Сбербанке заявляют, что изменения не затронут программ с господдержкой и объясняют их ростом доходности облигаций федерального займа на фоне высокой ключевой ставки Центрального банка.