Первая мысль покинуть родимый дом мне пришла в голову лет в десять. Батя получили от завода новую трешку в панельке, и у нас с братом (младше меня на 4 года) была своя отдельная комната. По вечерам родители в гостиной смотрели телевизор, а нас после «Спокойной ночи» прогоняли спать, а спать не хотелось, вот я и подзуживал брата: рассказывал ему всякие история и щекотал, а он не выдерживал и смеялся, что очень не нравилось родителям.
В наказание, нас ставили в угол и запрещали разговаривать. Когда совсем отбивались от рук, отец доставал «женилку»- кожаный ремень, который оставлял на мягком месте следы воспитания. Однажды, после таких процедур, я категорично заявил родителям, что они просто бессильны, что не умеют объяснить на словах. Родители были очень удивлены услышанному, и батя даже на время убрал ремень в шкаф.
В один прекрасный день мы остались дома с мамой, отец работал в ночную смену. В очередной раз мы были удалены от просмотра вечерних программ, а спать ну никак не хотелось. Начали хихикать, что очень раздражало маму, а она, к тому же, была еще не в настроении. Воспитательная процедура по постановке в угол не возымела действия, как и угрозы, что вернется отец, и что она все ему расскажет, и мы получим хорошего ремня. В результате, мама достала мешок для сменной обуви, в который собрала часть деталей от конструктора, машинки и выпроводила нас братом на порог. Мы стояли в трусах, я держал этот мешок, а мама не унималась: «Ну вот что, не хотите слушаться, значит уже взрослые и самостоятельные, вот вам котомка (тот самый мешок для сменной обуви), собирайтесь и уходите». Мы с братом начали реветь и просить у мамы прощение, она же никак не уступала, наоборот, продолжала нас воспитывать. Через 15 минут был вынесен вердикт, что мы можем идти спасть, но если она хоть звук услышит, то точно мы пойдем на улицу с котомкой.
В этот вечер мы лежали с братом с открытыми заплаканными глазами и не издали ни звука, потом заснули. Утром молчали, а мама повторяла, что сегодня обязательно все расскажет отцу. Возвращаясь после школы, я готовился к серьезному разговору с батей и к очередным воспитательным процедурам и в этот момент в голову пришла мысль, что как только у меня будет возможность, я сразу уеду из родительского дома.
В этот день все прошло благополучно и никакого разговора не было, хотя мама продолжала держать нас в напряжении, напоминая о содеянном. Мы с братом избрали новую тактику и продолжали разговаривать, накрываясь подушками и одеялом. С 14 до 16 лет я несколько раз уходил из дома и ночевал на чердаке, но каждый раз возвращался и каялся. В 17 лет уехал учиться и поначалу приезжал на выходные, о потом все реже и реже.
Прошло много лет, и у меня уже свои взрослые дети. Родителей часто навещаю и однажды, разбираясь в кладовке, я нашел ту самую котомку. Мама стала восторженно вспоминать свою методику воспитания, и как мы с братом стояли и ревели в трусах у двери, а мне, не знаю почему, как-то до сих пор не по себе, хотя с другой стороны, может так и надо с пацанами, чтобы из них толк получился? А что Вы думаете, дорогие мои читатели?