Токен для богини. «Цифровое искусство» помогло отреставрировать эрмитажный шедевр Лукаса Кранаха Старшего
В зал искусства Германии XV–XVIII веков в Эрмитаже вернулся после реставрации шедевр Лукаса Кранаха Старшего «Венера и Амур». Реставрация, открывшая любопытные изменения в первоначальном рисунке, стала возможной за счет инновационного способа финансирования.
«Венеру и Амура» отреставрировали в рамках совместного проекта Эрмитажа и компании «Интеррос». «Цифровое искусство» — это своего рода цепочка, позволяющая финансировать реставрацию одних эрмитажных шедевров за счет продажи арт-токенов на другие произведения из фондов музея.
Как рассказал генеральный директор Государственного Эрмитажа Михаил Пиотровский, этот шедевр мировой живописи — одна из знаковых иллюстраций освоения античного наследия средневековой религиозной Европой. Перед художником стояла идеологическая проблема XVI века — как изобразить обнаженную натуру так, чтобы это вписывалось в протестантскую этику того времени.
— Эта картина — еще и образец нашей эрмитажной инициативы в мире новых технологий, — рассказал Пиотровский. — Мы выпускаем арт-токены — это сложнейшая система фиксации владения объектом искусства. Покупатель токена приобретает цифровую репродукцию и наслаждается этим ощущением владения. Он может ее продать, но коснуться не может. Это новая психология, которая сейчас только зарождается.
Средства на реставрацию «Венеры и Амура» появились от продажи арт-токенов трех фресок школы Рафаэля из собрания Эрмитажа — «Венера и Амур на дельфинах», «Венера и Адонис» и «Венера, вынимающая занозу».
Процесс реставрации картины Кранаха тоже токенизируют, и средства от продажи пойдут на восстановление другого экспоната музея — резного зеркала с алмазами и жемчугом, которое до 1789 года украшало одну из комнат Екатерины II.
Токены — не просто репродукция, а инновационный инструмент на базе гибридных цифровых прав полностью в поле российского законодательства. По словам Алексея Илясова, генерального директора токенизационной платформы «Атомайз» (входит в Группу «Интеррос»), покупателей токенов можно назвать не инвесторами, а, скорее, «цифровыми меценатами» и коллекционерами. Они не столько хотят вложить деньги, сколько хотят быть сопричастными к сохранению культурного наследия в цифровом виде.
— Токенизировать можно совершенно уникальные изображения, — рассказал он. — Например, сам процесс реставрации, зафиксировав картину до восстановления, и то, что обнаружилось в процессе. Таким образом, покупатель токена станет обладателем изображений, которые никто больше не увидит, они скрыты реставрацией и по сути больше не существуют.
Так, реставрация «Венеры и Амура» вскрыла много ранее невидимого, например, под старыми записями сохранилось авторское изображение пальцев правой ноги Венеры, которое считалось утраченным. Также инфракрасное исследование показало, что нога богини была более отставлена в сторону, была по-другому наклонена ее голова.
— Но самый удивительный момент в том, что художник изменил свою изначальную задумку наброска, по которой Венера закрывала рукой Амуру глаза, что дало картине другой символический смысл, — рассказал Максим Лапшин, художник-реставратор Лаборатории научной реставрации станковой живописи Государственного Эрмитажа. — Картина бесценна для Эрмитажа еще и тем, что написана Кранахом в тот пограничный момент, когда он ещё продолжал писать для себя, но уже стал придворным живописцем, отражающим вкусы правящей элиты.
Как пояснила хранитель картины, научный сотрудник отдела западноевропейского изобразительного искусства Эрмитажа Мария Гарлова, в смене символизма картины сыграла роль популярная тогда философии неоплатонизма. Привычное для Средневековья изображение Амура слепым намекало, что любовь слепа и делает человека слепым духовно. Надпись на картине рядом с головой богини прямо советует избегать подобной любви: «Всеми силами гони Купидоново сладострастие, иначе той ослепленной душой овладеет Венера». «Зрячий» же Амур — шаг в сторону от протестантской морали — на картине он уже нашел жертву и зорко прицеливается.
— Нестандартная для своей эпохи, и новизна тут не только в обнаженной натуре, но и в том, что художник изобразил языческую богиню, следуя за Дюрером, который повлиял на всех художников той эпохи, — добавила хранитель. — В итоге мы видим такую интеллектуальную игру соблазнительного образа и предостерегающей надписи.
Михаил Пиотровский напомнил, что некогда Эрмитаж, как и многие музеи Европы, подписал декларацию о том, что музейные экспонаты должны репродуцироваться. Сегодня традиция сохранения шедевров продолжается с помощью блокчейн-технологий.