Наконец я лег в постель в 1:20 ночи. Это было 15 июля 2021 года, и мои друзья помогли мне отпраздновать мой 31-й день рождения в подвальной квартире дома моей сестры, где я жил.
Ранее в тот же день я подготовился к маловероятному событию наводнения. Мы находимся примерно в трети мили от берегов реки Ар в Синциге, Германия. На той неделе лил как из ведра, и власти объявили предупреждение о наводнении, хотя и не для того места, где я находился. Тем не менее, я разложил мешки с песком на полу у двери в сад и навалил электронику и одежду на столы и диван на всякий случай, если вода просочится. Перед тем как уйти, мои друзья посмеялись надо мной за это, но я подумал: «Зачем рисковать?»
Когда я засыпал, меня разбудил звук льющейся воды, как будто я лежал у водопада, а не в своей спальне. Когда я спустил ноги с кровати, я был шокирован ощущением холодной воды, плещущейся по моим коленям и быстро поднимающейся.
«Наверное, это из-за лопнувшей трубы в ванной», — подумал я. Дрожа и находясь в темноте, я схватила мобильный телефон и включила фонарик. Когда я вышел из спальни в коридор, то увидел, что это вовсе не лопнувшая труба. Вместо этого вода хлестала через щели садовой двери, ведущей из моей гостиной к бетонной лестнице на задний двор. Должно быть, вода прорвала мешки с песком. Вокруг меня начали проплывать мои вещи: стулья, книжные полки, кусочки моей ударной установки.
Признаюсь, я начал паниковать. Ар, обычно такая тихая, медлительная река, яростно вышла из берегов. И теперь мне нужно было выбираться — быстро!
Эффекты от праздничных напитков, которые я выпил ранее, теперь исчезли; страх меня отрезвил. Я услышал, как садовая дверь начала трещать и раскалываться под напором наводнения. Звук был не похож ни на что другое: визг, шипение и грохот одновременно. Это было беспощадно. И вода теперь была мне по пояс. Босиком и в прилипших к телу боксёрских шортах я начал пробираться к моему единственному выходу: двери, ведущей наверх, к остальной части дома. Вокруг все ломалось: лампы разбивались, шкафы разваливались.
Наконец я добрался до двери. Я попытался ее открыть, но сила воды не позволила мне. Я несколько раз пытался ее приоткрыть хотя бы немного, но стремительная вода снова ее захлопывала.
Я огляделся в поисках чего-нибудь, чем можно было бы воспользоваться, чтобы распахнуть дверь. В углу стояли метла, вешалка и огромный, тяжелый меч со средневековой ярмарки. Я схватил их всех и снова выломал дверь, бросив метлу и вешалку между дверью и рамой, чтобы дверь не закрылась, и используя меч, чтобы расклинить ее еще немного.
Мне удалось сделать щель около фута, достаточно широкую, чтобы протиснуться и попасть в коридор. В кромешной темноте я прыгнул на лестницу, ведущую в остальную часть дома, и побежал на третий этаж, где жила моя сестра. Я постучал в ее дверь, звал ее, пытался узнать, все ли с ней в порядке, пока не вспомнил, что ее не было дома в ту ночь.
Вот тогда я спустился на первый этаж и выбежал наружу. Я стоял там в темноте, промокший и тяжело дыша. То, что когда-то было прекрасной, уютной улицей, теперь стало водным пейзажем с плавающим мусором и деревьями вместо людей и машин. Река затопила район — и если бы я проснулся всего на несколько минут позже, я бы утонул вместе с ней.
Нас уверяли, что подобное случается раз в 100 лет. Надеюсь, что так и есть. Погибло более 180 человек, а части деревень в регионе были полностью смыты.
Сейчас я живу у родителей в центре города и сплю в офисе отца. Я изучаю психологию в университете и работаю с детьми в школах, обучая их боевым искусствам. Я никогда не смогу вернуться в ту квартиру, потому что я все время думаю: а что, если это случится снова?
Страховки от наводнения у нас не было, так как дом не считался расположенным в зоне повышенного риска, поэтому ремонтируем его самостоятельно. В моей старой квартире, когда она высохнет и отремонтируется, разместится школа боевых искусств.
Многие дома вокруг нас были разрушены, в том числе, к сожалению, дом для инвалидов. Не все выбрались.
В тот день я был близок к тому, чтобы утонуть. Но вместо того, чтобы останавливаться на этом, я предпочитаю вспоминать то, что сказала мне потом мама: «Кристиан, не помни тот день, когда ты потерял все. Вспомни день, когда ты выжил».