Основные концепты русской идеологической обороны

Статья доктора философских наук, профессора Виталия Юрьевича Даренского из сборника философского собора «Великое русское исправление имён».

Русофобия как система взглядов, рассчитанная на не­вежество обрабатываемых ею людей, всегда была и оста­ется грязным инструментом духовной оккупации России западной цивилизацией с целью эксплуатации ее ресурсов и устранения ее как геополитического конкурента. При этом Запад всегда пользуется методом активной поддержки «малого народа» с целью внутреннего ослабления, дезори­ентации и разрушения «большого народа» и его страны. Как пишет Н. А. Нарочницкая, «современная пресса Запада демонстрирует такой антирусский накал, которого не было даже в период "холодной войны"... Запад будет всегда де­монизировать лидера, который хочет сильной и самостоя­тельной России. как только Россия начинает "сосредоточи­ваться" и искать формы самовосстановления и укрепления, восстанавливать контроль за своими ресурсами, ее обвиняют в фашизме и отступлении от демократии. Сопротивле­ние — это возврат к "тоталитаризму", а любая защита нацио­нального достоинства и истории — это "русский фашизм"»*. Эта обычная стратегия Запада на современном околонауч­ном жаргоне именуется «войной дискурсов», в нравственных человеческих понятиях — лицемерной ложью, а на языке геополитики — борьбой с очагами возрождения обманутой и ограбленной им страны.

Создать карусельДобавьте описание

Каким образом противостоять этому обману? Можно указать на несколько принципиально важных концептов, активное использование которых может эффективно про­тивостоять западной «промывке мозгов».

ЗАПАД КАК ПЕРМАНЕНТНЫЙ АГРЕССОР

Для западных соседей Россия всегда представлялась «окраиной» их собственного мира, который они считали «цивилизованным», и которому эту русскую «окраину» всегда пытались подчинить в качестве экономической, культурной и политической колонии. Так смотрела на Русь Византия, а затем Западная Европа. Как ни странно, но исключением были татары, которые только требовали дань, назначали главного князя, но никак не вмешивались во внутренние дела. Точнее, вмешивались, но чаще в пози­тивную сторону — подавляли княжеские усобицы и охра­няли права Православной Церкви. Но татарский период закончился, и с тех пор и до настоящего времени Россия составляет предмет колонизаторских вожделений Запада. Но когда на заре Нового времени Европа не смогла сделать из России свою колонию, ее объявили якобы «отсталой» и «варварской» страной, и в этих русофобских фантазиях Запад показывает свои комплексы неудачного захватчика. Это положение страны, на которую соседи смотрят как на «окраину» цивилизации, подлежащую подчинению и пере­воспитанию, и создало тот главный закон русской истории, без понимания которого нельзя понять и саму Россию. В рус­ском обществе и в русской истории всегда действуют две противоборствующие силы: с одной стороны, достоинство и самоуважение народа, который живет по заветам своих предков, почитает свои святыни и поэтому не хочет никому подчиняться ни в духовном, ни в материальном отношении; с другой же — приспособленчество слабых духом, которые хотят стать «цивилизованными» по чужому образцу и устро­ить себе комфортную жизнь ценою сдачи интересов и чести Родины иностранцам. В спокойные и «комфортные» пери­оды истории, когда не требуются подвиги и высота духа, этот последний тип людей захватывает влияние в обществе и во власти, в конце концов сдавая ее своим покровителям за рубежом. Но потом наступает момент, когда Россия стоит на грани распада и гибели — и вот тогда вновь приходят Ми­нины и Пожарские, и они восстанавливают великую страну.

РУССКИМ МИР

Не так давно глава польского правительства Матеуш Моравецкий в статье для The Telegraph написал, что «идеология русского мира» стала эквивалентом коммунизма в XX веке и «раковой опухолью», которая представляет угрозу для Ев­ропы. Поэтому, по его словам, европейцы «должны полностью искоренить эту чудовищную новую идеологию».

Это заявление полезно во многих отношениях. В первую очередь, естественно, оно показывает традиционное невеже­ство европейцев, поскольку Русский мир — это не «идеоло­гия», а историческая реальность. Идеологий в России много, поскольку здесь есть плюрализм мнений в отличие от Евро­пы, где несогласие с официальной пропагандой давно уже считается экстремизмом, за который легко попасть в тюрьму, чему уже есть масса примеров. Для европейских невежд даем справку: Русский мир — это цивилизация, которая продол­жает мировую миссию Рима по сохранению христианской традиции, поскольку Запад от этой миссии давно уже отказался. Кроме того, если европеец считает коммунизм XX века ужасным, то тем самым он просто признает свое собственное историческое преступление, поскольку коммунизм — это западная идеология. Если применять столь радикальную метафору «раковой опухоли», то главной «раковой опухо­лью» человечества в настоящее время является коллективный Запад, который терроризирует весь остальной мир и не дает ему возможности развиваться.

И поскольку Моравецкий так страстно желает искоренить Русский мир, то это очень хорошо показывает, что Гитлер вовсе не был каким-то чудовищем для Европы, но наоборот, лишь выражал её извечные мечты о «жизненном пространстве на востоке». Польский функционер делает вид, что не знает о массовых военных преступлениях украинских неонацистов, зато привычно лжет об «агрессии России». И Гитлер мыслил точно так же. В этом нет ничего удивительного, ведь они оба «убежденные европейцы», то есть люди, которые всех неевро­пейцев a priori считают варварами. Тем самым мышление Моравецкого и Гитлера в этих вопросах совершенно идентично.

Можно было бы взять любой другой пример официаль­ной русофобии, но пример Моравецкого интересен тем, что он пробалтывается о своих подлинных причинах страха пе­ред Русским миром. Естественно, это вовсе не мифическая «агрессия», а тот факт, что, по его словам, «идеология Рус­ского мира» сейчас легла в основу представления об «осо­бой исторической роли» русского народа. Об особой исто­рической роли русского народа посоветуем ему для начала прочитать Достоевского, чтобы не судить об этом из вторых рук. Удивляться этому не стоит — как известно, «Европа в от­ношении к России всегда была столь же невежественна, как и неблагодарна»**. И особенно она невежественна и неблаго­дарна, когда дело касается её подлых интересов и сокрытия её собственных преступлений перед Россией.

РОССИЯ КАК ЦИВИЛИЗАЦИЯ СОВЕСТИ

История России свидетельствует, что подавляющее большинство входивших в её состав народов и территорий не только делали это добровольно, но и более того, долгое время просили и умоляли русского Царя взять их под свою защиту. Более того, склоняясь на эти просьбы, Царь очень часто шел против интересов своей державы, вовлекая её в длительные войны с сильными соседями исключительно из нравственных побуждений защиты единоверных братьев (как это было с Малой Русью или Грузией) или защиты ма­лых народов от хищников-паразитов (так чаще всего было с народами Азии, освобожденными Россией от ига ханств- наследников Золотой Орды). В частности, спасение Малой Руси от польско-татарско-турецкого геноцида, благодаря чему фактически вообще ныне существует украинский на­род как таковой, является самым характерным примером сказанного. Как писал А. Е. Пресняков, «идеология Москов­ского царства в эпоху царя Алексея еще окрашивает понима­ние державной власти и ее задач религиозно-нравственными началами... Церковно-религиозные мотивы вносит он в ос­мысление вопросов и внешней, и внутренней политики. По­литическим соображениям А. Л. Ордина-Нащокина против борьбы за Малороссию и в пользу сосредоточения всех сил на Балтийском вопросе царь противопоставляет мысль, что непристойно, даже греховно покинуть «черкасское дело» высвобождения православной страны из иноверного владычества»***. И как ни убедительны были аргументы и всей боярской думы, справедливо указывавшей Царю на край­нюю невыгодность вмешательства в «польские дела» и свя­зи с «черкассами», что не может не привести к затяжным кровопролитным войнам не только с Речью Посполитой, но и с Турцией (так оно и вышло), Царь был непреклонен в своем мнении. Малую Русь с Киевом — матерью городов русских следует отвоевывать любой ценой, совершенно неза­висимо от какой-либо «выгоды», но исключительно из сооб­ражений совести и благочестия! К сожалению, современные украинские историки воспитаны в совсем иных понятиях и совершенно не способны представить себе, что войны могут вестись исходя из соображений совести, а не выгоды, и поэтому приписывают Царю и «москалям» исключитель­но корыстные побуждения. Именно эта ложь и плебейская низость мышления являются основой всей украинской псев­доисторической мифологии.

Что и говорить, если даже при обороне объединенны­ми силами на землях тогдашней Украины погибло и было продано в рабство не менее половины ее населения — на­ступила страшная Руина, после которой весь центр страны на сотни километров стал вообще необитаемым и спаслись лишь те, кто успел бежать на восток, под защиту русских границ. А что было бы, если бы русская армия в конце кон­цов не изгнала бы турок, татар и поляков? Уже само суще­ствование южнорусского этноса, впоследствии названного «украинцами», есть результат самоотверженной политики Русского государства, вынужденного вести в течение деся­тилетий совершенно невыгодные для себя тяжелые войны с Польшей и Турцией ради спасения предков современных украинцев от прямого геноцида. Территория, контролируе­мая войсками Б. Хмельницкого на момент их Переяславской присяги Царю, составляет менее 1/10 территории совре­менной Украины — всё остальное было отвоёвано для неё русской армией в течение нескольких веков, причем около половины ее современной территории вообще до этого не было заселено славянами! Всякий, кто, зная перечисленные факты, продолжает говорить о якобы «угнетении» со сторо­ны России, явно страдает либо врожденным слабоумием, либо полной ампутацией совести.

Гениальный русский мыслитель И. Л. Солоневич со­здал концепцию русской «народной монархии» как искон­ной формы политической власти в России и показал, что ее главным основанием является евангельское воспитание народа. В России на протяжении многих веков ее развития в допетровскую эпоху был реализован русский идеал на­родной монархии, основанной на народном самоуправле­нии и главенстве царя в первую очередь в его религиозном статусе — как помазанника Божьего, несшего особую ответ­ственность перед Богом за свой народ. Русская православная монархия была основана на религиозном принципе, кото­рый И. Л. Солоневич очень точно определил как диктатуру совести: «В этом строе была политически оформлена чисто религиозная мысль. "Диктатура совести", как и совесть во­обще, не может быть выражена ни в каких юридических формулировках, совесть есть религиозное явление. Одна из дополнительных неувязок русских гуманитарных наук заключается, в частности, в том, что моральные религиозные основы русского государственного строительства эта «наука» пыталась уложить в термины европейской государственной юриспруденции. И с точки зрения государственного пра­ва, в истории Московской и даже Петербургской Империи ничего нельзя было понять... В «возлюби ближнего своего, как самого себя» никакого места для юриспруденции нет. А именно на этой православной тенденции и строилась русская государственность. Как можно втиснуть любовь в параграфы какого бы то ни было договора?»**** Именно в этом состоит «секрет» немыслимой «успешности» русско­го государства: стартовав в XIV веке как маленький лесной «улус» Орды — уже в XVIII веке оно создало содружество народов на 1/6 части земной суши.

Если бы в середине XVII века территории современной Украины не начали входить в состав России, по всем объ­ективным обстоятельствам в настоящее время эти земли были бы частью мусульманского мира и Польши, и ника­ких «украинцев» вообще не существовало бы и в помине.

В период до 1917 года Россия как государство: 1) спасла южнорусский этнос от геноцида и, вероятнее всего, полного исчезновения; 2) предоставила ему уникальную возможность расселиться на огромных территориях и увеличиться в чис­ленности более чем в десять раз — нечто подобное было бы принципиально невозможно за пределами Русского мира, там оставалась лишь роль самого отсталого захолустья, ка­ковым была, например, Галиция до середины ХХ века.

ЛОЖЬ О «РУСИФИКАЦИИ»

А. С. Пушкин в свое время фактически сформулировал один из важнейших законов истории: «Язык распространя­ется не саблею и пожарами, но собственным обилием и пре­восходством»*****. Русский язык всегда распространялся, ныне распространяется и будет распространяться дальше исклю­чительно вследствие этого закона и не смотря ни на какие попытки этому противодействовать. Ситуация, когда боль­шинство населения страны не имеет своего языка в качестве государственного в современном мире является совершенно уникальной и беспрецедентной — кроме Украины, таких стран вообще нет. О какой-либо «демократии» и «европей­ских принципах» здесь говорить вообще смешно — имеет место лингвототалитаризм в чистом виде. На протяжении со­ветского периода своей истории Юго-Западная Русь постоян­но жила в режиме «украинизации», имевшем в 40-х — начале 80-х годов пассивно-сдерживающий, а в 20-30-е годы и с кон­ца 80-х годов агрессивно-наступательный характер, пере­растая в период после 1991 года в формы лингвокультурного геноцида русскоязычного большинства граждан «независи­мой» Украины. Однако, несмотря на это, на протяжении все­го ХХ века продолжался процесс стихийной реинтеграции Русской нации в единое культурно-языковое пространство. В том числе и нынешний режим лингвокультурного геноци­да не может противодействовать этому процессу, хотя и во­зымел существенное влияние на определенную прослойку общества, точнее, на определенный тип людей, принявших украинскую националистическую идеологию как своего рода «моральную компенсацию» своей материальной ни­щеты, социального унижения, исторического пессимизма и общего комплекса неполноценности, — или же, наоборот, для достижения корыстных карьерных устремлений.

Возникновение и дальнейшее существование независи­мой Украины является частью глобального проекта стаби­лизации однополярного мира во главе с США и диктатурой стран «золотого миллиарда» в сфере мировой экономики.

Для сравнения также стоит напомнить, что 100 лет назад на землях основных европейских стран проживали наро­ды, почти не понимавшие языка друг друга, но благодаря очень жесткой ассимиляторской политике теперь мы имеем практически однородные в языковом отношении массивы немцев, французов, британцев, итальянцев и т.д. Но 100 лет назад языки баварцев и саксонцев различались между со­бой намного больше, чем малороссийский и великороссий­ский диалекты русского языка, а, например, большая часть жителей Италии тогда вообще не понимала итальянского литературного языка и т.д. Тем самым процессы в Европе и в России в ХХ веке текли в противоположных направле­ниях — унификация в Европе и искусственный этнический раскол в России, в результате которого были сконструиро­ваны «украинцы», а русскими стали считаться только вели­короссы. Но по европейским стандартам «украинцы» или «белорусы» — это нонсенс.

СВО - ЭТО РУССКАЯ НАЦИОНАЛЬНО-ОСВОБОДИТЕЛЬНАЯ ВОЙНА НА УКРАИНЕ

Западная граница Российской Федерации фактически стоит на рубежах Руси времен Ивана III, а в условиях совре­менной войны это означает почти беззащитность Москвы даже и без применения ядерного оружия. В этой ситуации каждый километр отодвигания на запад территории, фак­тически контролируемой НАТО, — чрезвычайно важен. Отодвигание фактических границ НАТО от Белгорода до Карпат достигается только военной операцией, поскольку Запад уже не оставил России другого выбора. Наша страна оказалась в отчаянном положении — в стратегическом отно­шении полностью аналогичном тому, когда враг в декабре 1941 года стоял под Москвой.

Освобождение Украины от марионеточного неонацист­ского режима на самом деле не сводится исключительно к военным действиям. Это мощное поворотное событие в истории самой России, означающее её окончательное возвращение в статус великой державы и запускающее процесс внутренних преобразований, в результате кото­рых очень скоро мы увидим уже совсем другую страну — полностью самодостаточную и независимую от запада.

Исходя из этого, операция на Украине имеет характер Отечественной войны — пусть и далекой по масштабам от тех отечественных войн, которые приходилось России ве­сти ранее, однако стратегический и исторический её смысл именно таков. Этот факт следует положить в основу пу­бличного дискурса в обсуждениях современных событий. Как и следовало ожидать, ныне публичное пространство заполнено потоками русофобской лжи и мерзости, которым противостоит только официальная позиция России. В пу­бличном пространстве до сих пор не выработан алгоритм уничтожения русофобской лжи. Легко уничтожать ложь в конкретных ситуациях, но этого ещё недостаточно — нуж­но уничтожить само её основание. Подобно тому, как перед атакой наземных войск ракетные войска и авиация уничто­жили военные базы и инфраструктуру, точно так же нужно было и в публичной сфере сразу уничтожить аргументы так называемых «антивоенных акций». Самый простой и эффек­тивный аргумент против них такой: «Россия ведет войну за само свое существование — войну Отечественную. Поэтому все, кто выступает против этой войны, выступает против Рос­сии, является её врагом и предателем». Что было бы с теми, кто вышел бы с лозунгами «Нет войне!» во время Великой Отечественной войны? Вопрос риторический.

Аргумент второй. На Украине Россия не ведет войну против этой страны, а проводит освободительную операцию подобно тому, как в 1945 году русская армия брала Берлин не для того, чтобы захватить Германию, а для того, чтобы уничтожить нацизм. С этой же целью российская армия берет Киев в году 2022-м. К сожалению, в данный момент не только среди явных русофобов, но и среди некоторых «па­триотов» есть очень наивные люди, которые тоже требуют «как можно быстрее начать переговоры», «чтобы не про­ливалась кровь». Этим инфантилам следует настоятельно объяснять, что для того, чтобы впредь не проливалась кровь, нужно взять Киев и заставить нацистов капитулировать. Если этого не сделать, то зря окажутся все потери и страда­ния, впоследствии война неизбежно возобновится и крови прольется намного больше.

«Блаженны миротворцы»: но миротворцы — это те, кто уничтожают сам источник войны, а не те, кто предатель­ски плюют им в спину.

Для православных людей эта четвертая отечественная война имеет вполне определенный религиозный и даже эсхатологический смысл. Как бы лично не относиться к пре­зиденту Путину, но объективно, то есть в соответствии с православным пониманием истории, Россия Владимира Путина в данный момент вступила в открытое противосто­яние с апостасийной цивилизацией антихриста, защищая само существование Катехона — «удерживающего», каковым в настоящий момент является именно Россия. И каким бы далеким от Церкви сейчас ни было большинство народа современной России, но совершенно очевидно, что Россия как государство в настоящий момент осталась последним защитником Православия в современном мире. Без России весь остальной православный мир беззащитен и обречен на быструю гибель, которая уже и началась в виде Констан­тинопольского раскола. Нынешняя операция имеет смысл русской реконкисты — спасения Киевской митрополии от затягивания её в раскол и отпадения от Православия.

Проект глобального порабощения народов коллектив­ным Западом не учел одного — того, что продолжает суще­ствовать цивилизация, основанная на диктатуре совести, которая оказывается сильнее диктатуры западной лжи и воз­вращает то, что у неё украли путем насилия и обмана.

Виталий Юрьевич Даренский

*Нарочницкая Н. А. За что и с кем мы воевали. М. 2005, с. 69

**Пушкин А. С. Полное собрание сочинений. В 17 т. Т. 11. — M., 1996. С. 268

***Пресняков А. Е. Российские самодержцы. — М., 1990. С. 410

****Солоневич И. Л. Миф о Николае II // Солоневич И. Л. Наша страна. XX век. М., 2001. С. 100

***** Пушкин А. С. Мысли о литературе и искусстве. Сборник. — К., 1984. С. 243