— я дам понять родителям Энтони, конечно со всем свои шармом, тактом и деликатностью, что хоть я и считаю их дочь прелестным созданием, но в обозримом будущем жениться не планирую ни на ком бы.
- ну ты ведь понимаешь, что заявить женшине, что ты не создан для семьи-это тоже самое что подписать себе приговор, — заметил Жерар. -Это как размахивать красной тряпков перед мордой быка! Это вызов, ведь женщин совершенно не пугают трудности и даже скорее наоборот: чем труднее тебя ей заполучить, тем с большим упорством и рвением она будет тебя преследовать.
- А что, если... - Рея осенило. - сказать, что я ухожу в монастырь?
- ты только в женский можешь уйти- расхохотался Жерар.
Рей усмехнулся, а Энрике сидя в своей засаде уже обдумывала самые изощренные пытки для него, самовлюбленная свинья! Значит, косые глазки и кривые зубки?! Ну подожди, дай только срок! Да я разорву твое холеное тело на куски!
- без шуток, Рей, - заговорил опять
Жерар. - Если эта бедняга на самом деле такая уродливая, пожалуй, лучшее, что ты можешь сделать, это вообще не лезть в это дело.
- к сожалению, я уже и так влез в это дело, хоть и в по своей воле! Поэтому сейчас главное чтобы выходные прошли как можно быстрее.
Раздался тихий скрип отодвигаемого стула по каменному полу, и Энрике увидела, что Рей встал из-за стола. В полный рост, с широкими мускулистыми плечами, он был еще красивее и внушительнее, Энрике не могла не отметить, что он в отличной физической форме. «Я смотрю на него, как на кусок говядины в магазине», - пришло в голову Энрике, и она еле подавила свой смех. Но ведь именно так и он расценивает ее! Разница только в том, что он явно дает понять, что покупать не собирается ни при каких условиях! Впрочем, что греха таить, она ведь сама сказала матери то же самое. Жерар тоже встал, и они не спеша пошли в гостиную, оставив Энрике в раздумьях.
Она понимала, что в тринадцать лет она не была Мэрилин Монро, но и с Мисс Дракулой ее тоже никто бы не спутал!
Энрике пришла идея: надо заставить этого напыщенного павлина взять назад свои слова. Точно! Она преподаст Рею Пьюберу такой урок, который он запомнит на всю оставшуюся жизнь!
Убедившись, что все спокойно, Энрике выбралась из своей засады и пошла в спальню матери.
Леди Генсель сидела у зеркала и вплетала длинные пряди в шиньон. Увидев в отражении порозовевшее от возбуждения лицо дочери, Амалия Генсель повернулась к ней.
— что случилось, дорогая?
- Я слышала, как Рей говорил со своим приятелем. — И Энрике рассказала матери все, что ей удалось подслушать, и даже несколько расстроилась и обиделась, когда мать от души рассмеялась.