Маковые Паруса. Часть 2.
На всякий случай заранее выложив из карманов складной нож и упаковку мухоморов, я стал просачиваться сквозь толпу полицейских в сторону запитанного утром общественного туалета.
От июньской жары пришла мысль, что если выдать каждому из полицейских в руки по пончику и стаканчику кофе, летняя городская картина выглядела бы спокойнее и позитивнее.
Спустя время бóльшая часть мужчин в форме ушла сурово стоять рядом с металлоискателями.
Началась психологическая атака. По всей округе были расставлены светловолосые девушки-курсантки с плетëными косами, побуждавшие немедленно сдаться в руки закона.
Только вот, если меня (заспанного и дëрганного) в теории и можно было бы за что-то привлечь, то не было никакой уверенности, что дальнейшее времяпрепровождение прошло бы в компании красавиц с наручниками.
Вернувшись к автобусам, в очередной раз закурил.
– Тур де франс, рашн хулиганс – пропел я полузнакомому чуваку в футболке с "околофутбольной" тематикой, носившему в автобус какие-то контейнеры.
Скины, фанаты, панки. С кем я только за жизнь не общался? Только этот чувак оказался необщительным. Лишь хмыкнул, и пошëл дальше. Присмотревшись получше появилась догадка, что это – простой обыватель, который не преследует целей сказать что-то своей яркой футболкой.
Предстояло большую часть времени сидеть в автобусе "для простых".
В поисках воды я приоткрыл холодильник и заметил, что откуда-то образовался пакет с несколькими бутылками какой-то дорогой водки. Спустя время водители посоветовали при открытии холодильника не заглядывать в пакеты.
– Понял! Того, что в холодильнике, я уже не видел.
Водитель хмыкнул, улыбнулся, и отошëл.
Все мои попытки уснуть или почитать книжку чуть ли не мгновенно пресекались тем, что в автобус кто-то заходил, и начинал говорить.
Поняв, что не посплю, и не почитаю, я запрятал книгу в свой пакет, и уткнулся в телефон.
Услышав стук в среднюю дверь, я опешил.
Какая-то милого вида девушка с розовыми волосами улыбчиво смотрела и помахивала рукой. На шее у неë был такой же синий пропуск, как и у меня.
Неужели пространство, время и реальность схлопнулись, и началось какое-то кино?
Когда я открыл ей переднюю дверь, там меня поджидало уже совершенно другое существо.
Улыбка пропала, голос был холодным, и чуть ли не требовательным. Да и черты лица за несколько секунд успели поменяться. Какая-то из руководительниц процесса.
Это оказался один из миражей, встречающийся одиноким мужчинам в жаркую погоду.
Пока все носили контейнеры с провизией и чем-то ещë, пришло внезапное озарение
Картина окончательно сформировалась!
Вопреки моим изначальным представлениям, никто из всех суетящихся здесь людей не делает для праздника "Маковых парусов" ничего полезного!
Кроме запитанного мной уличного туалета, наше присутствие здесь не представляло больше никакого участия в фестивале.
Ведь все люди, для кого предназначался второй автобус (в котором сижу я), были нужны лишь для того, чтобы обслуживать автобус VIP. Автобус для главных руководителей Гидроподвала, желавших побухать сидя в нескольких метрах от праздника выпускников!
В таком случае кто мне объяснит: чем я, квалифицированный специалист, отличаюсь от какого-нибудь халдея?
Спустя время кто-то выдал бутерброды в пластиковых треугольниках, и мы с водителями присели пить чай. Мрачная утренняя мысль про то, что кормить не будут, как-то забылась.
Глядя на стареющих водителей, я думал. Может, всполыхнëт ещë когда-нибудь пролетарское пламя?
Если оно загорится, то буду готов поделиться с ними отвëртками из своей сумки электрика (если они не успеют взять красные молотки для стëкол из салона автобуса).
Знаю, что повяжут! Ещë как повяжут! Зато, повяжут освободившихся людей.
Эх!
Бутерброды были съедены. Время тянулось.
Начали крутить музыку, которую я по своему чуткому субъективному восприятию охарактеризовал "отвратной".
Спустя время появились связисты, настраивая какие-то дорогостоящие рации.
Ещë через пару часов в наш "простой" автобус зашли какие-то пожилые мужики в простой летней одежде. Судя по тому, что во время приветствий водители начали вставать, стало ясно, что это кто-то из высоких начальников.
Связисты с "безопасниками" бегали туда-сюда с рациями, переговариваясь о том, что "генеральный" со свитой на подходе.
