Маковые Паруса. Часть 3.
"Царь во дворца! Царь во дворца!"
То был не Борат, а бегающие туда-сюда сотрудники службы безопасности с рациями.
Сидел я в автобусе, где в какой-то момент небольшие столики слегка перестали разбиваться по кастовым признакам.
Дело шло к началу концерта. Наши автобусы были окружены с нескольких сторон полицией. Со стороны Невского они обеспечивали безлюдье на набережной. С другой – ограничивали толпу с билетами. Неподалëку стояли пожарные машины.
– Видишь! Сюда вот привезли, а на экономические форумы не возят? Из-за фамилии, наверно? – весело спросила та самая женщина с крашенными волосами.
– Откуда она меня знает? – подумал я, и ответил – Один раз возили как-то, в позапрошлом году.
– Может, натворил чего? – ехидно спросила она в ответ.
– В том то и дело, что я "всего лишь ничего не делал" – проговорил я, успешно отшутившись.
Наверно, всë же не только из-за финской фамилии. Скорее всего, ещë из-за любви к Родине, и периодически меняющихся радикальных взглядов в голове.
– Давайте выпьем! – проговорил один из руководителей, отвечавший за автобусы.
Мы втроëм подняли свои газировки (моя, в отличие от них, была привезëнной из дома).
– За годовщину свадьбы с женой! – проговорил он следом после некоторой паузы. – Только вот, я сижу здесь, а она на даче!
Чокнулись, выпили. Сложилось подозрение, что в их газировках было что-то ещë.
Спустя время мы с водителями стояли у набережной и смотрели на проезжающие катера. Генеральный директор со свитой ушëл, оставив высшее руководство отдыхать в VIP автобусе.
Только я его и краем глаза не видел.
А был ли вообще директор? Заходил ли он в свой VIP автобус? И была ли война в Персидском заливе?
Что, если генеральный директор – это лишь 3D модель на компьютере, как у Пелевина в "Generation П"?
Ведь нечто похожее уже было в прошлом году. Тогда меня отправили на открытие одной из насосных станций после ремонта. Нужно было отсиживаться в аварийной машине, прячась от губернатора, "главных пап", и телевизионщиков.
Может, тогда на самом деле никто и не приезжал? А происходящее сейчас безобразие – лишь поддержание рейтинга нашего Гидроподвала среди Ленинградских высших кругов?
Услышав, что кто-то перепевает "Куклу Колдуна", и увидев, что толпа на входе рассосалась и заполонила собой площадь, я решил наконец подойти поближе.
Металлоискатели я не люблю, так как проходя через них я часто оказываюсь в неловком положении. Поэтому, я остановился чуть в стороне, перед решëтчатым металлическим забором.
Фестиваль шëл полным ходом. Играли какие-то неизвестные мне (но известные выпускникам) исполнители, периодически выпуская в небо вспышки огня.
За забором и металлоискателем был праздник. Десятки тысяч людей радовались лету и окончанию учëбы.
Я же, как обычно, погрузился в меланхолию, и мысли о своëм.
Мероприятие в БКЗ "Октябрьский" на моëм выпускном (куда повезли только краснодипломников) было в разы скучнее, нежели фестиваль на Дворцовой.
Сколько времени с того момента утекло?
И главное, в какой момент жизни я повернул куда-то не туда?
Мог бы я (гуляя с девушками по городу в те годы) представить, что теперь буду видеть эти же самые достопримечательности совершенно в других обстоятельствах?
Что буду стоять тут в потной, затëртой спецовке? Стоять никому не нужный, занимаясь какой-то ерундой?
Развернувшись, я пошëл мимо курсанток-ментовок к автобусу, закуривая коричневую сигарету.
– Всë теряю, и теряю – проговорил я, щурясь и пытаясь разглядеть что-то вдали. – Возможности, убеждения, юность. Веру, друзей, женщин. Теперь ещë и зрение!
Время шло, начальство верхнего мира пьянело. Иногда их было видно на перекурах возле автобуса. В основном это были какие-то жалкие, шатающиеся от выпитого предпенсионеры.
После нескольких походов от автобуса до забора через набережную, во время одного из перекуров начался салют.
Минут десять тëмно-синее небо крошилось от великолепных выстрелов, ярко распадаясь на красно-зелëные фракталы и бья по ушам с запоздающим звуком.
Уже через несколько часов какой-то старик вëз меня с генератором в сторону базы. Перед погрузкой генератора я всë что нужно отключил, смотал, и попрощался с теми самыми двумя водителями автобусов.
Проезжали Казанский собор. Пожилой водитель громко слушал старую, проверенную временем попсу.
Я же глядел на гуляющих выпускников и на знакомые высокие колонны, напоминавшие мне о пиковых моментах своей подростковой юности.
