Найти в Дзене
Записки на Судьбе...

Полуночное кафе. Этна.

Меня зовут Этна. Мне двадцать шесть лет.  У меня гетерохромия. Один глаз чёрный. Другой голубой.  Людей это пугает иногда. Мне они в такие моменты забавны. С детства родители говорили, что я их особенный ребёнок. Я любила их. Очень. Голос мамы ночами я сравнивала со звездным небом. А шершавые тёплые и такие большие ладони отца искала в толпе всегда, когда на секунду терялась в парке. Искала. Находила. Хваталась. И смеялась.  Папа легко подбрасывал меня наверх и сажал к себе на шею.  Они «ушли», когда мне исполнилось семнадцать. Несмотря на то, что прошло достаточно времени, боль не зажила. Она не начала даже рубцеваться. В год, когда я потеряла родителей у меня стёрлись линии жизни на ладонях. Я не знаю, как и почему, но теперь ни один хиромант не может «читать» мою Судьбу, как ни старается. Линии не исчезли в один день. Все стиралось постепенно. За несколько месяцев…

Меня зовут Этна.

Мне двадцать шесть лет. 

У меня гетерохромия. Один глаз чёрный. Другой голубой. 

Людей это пугает иногда. Мне они в такие моменты забавны.

С детства родители говорили, что я их особенный ребёнок.

Я любила их. Очень.

Голос мамы ночами я сравнивала со звездным небом. А шершавые тёплые и такие большие ладони отца искала в толпе всегда, когда на секунду терялась в парке. Искала. Находила. Хваталась. И смеялась.  Папа легко подбрасывал меня наверх и сажал к себе на шею. 

Они «ушли», когда мне исполнилось семнадцать. Несмотря на то, что прошло достаточно времени, боль не зажила. Она не начала даже рубцеваться.

В год, когда я потеряла родителей у меня стёрлись линии жизни на ладонях. Я не знаю, как и почему, но теперь ни один хиромант не может «читать» мою Судьбу, как ни старается. Линии не исчезли в один день. Все стиралось постепенно. За несколько месяцев…