Вика несколько раз заваривала чай. На часах полчетвертого. Ясно, что он не придет. Опять остался ночевать у этой… Она да про себя постаралась подобрать слова. Не хотела никого не обижать. Та девушка тоже ни в чем не виновата.
Ага, не виновата – вторил внутренний голос – увела мужика при живой жене…
Пока живой…
Ей внезапно стало холодно. Не было сил встать и сходить за пледом. Хотелось лечь на кухне на диван и заснуть. Желательно навсегда.
Когда ей поставили этот диагноз, она сначала не поверила врачам. Говорила – Вы что, Вы ошиблись.
В принципе, как и многие.
Потом смирилась, потом пошла в церковь.
Замкнулась в коконе, мужу даже ничего не сказала. А ему зачем? Саша не боец и бойцом никогда не был. Долго скрывать не получилось. Ее положили в больницу, муж был в шоке.
После лечения она сильно подурнела. 45 лет. По паспорту совсем молодая, а по факту старушка. Вены горели, к коже было страшно прикоснуться, волосы выпали.
Но страшнее было то, что лечение не помогало. 2 года она боролась за жизнь. И вот ее отправили домой. Фактически умирать.
И только сейчас она поняла, что все это время вообще не замечала, чем живет муж. Они разговаривали, да, конечно. Спорили о чем-то. Он носил ей разные вкусности в больницу, выбивал лекарства, писал красивые сообщения, но… словно отстранился. Сейчас это был не ее родной Саша, а какой-то чужой посторонний мужчина.
Они сильно отдалились друг от друга. Детей у них не было. Как-то не сложилось. Из общих точек соприкосновения только совместная квартира.
У каждого своя судьба.
Когда Вика вышла из больницы, она практически поселилась в церкви. Ходила на службы, сидела на лавочке возле храма, даже пыталась помочь свечницам.
И в один из таких дней она и увидела Сашу. Он шел с какой-то молодой женщиной – явно лет на 10 моложе Вики. Они шутили, смеялись – он аккуратно придерживал ее за талию. Красивая пара.
Вика застыла. Именно в этот момент она ощутила свое уродство и ненужность. До этого было проще. Да, было больно и страшно, но не так. В миг она из замужней защищенной женщины превратилась в одинокую и никому не нужную больную с 4 стадией.
В тот вечер она не смогла промолчать. Сил на скандал не было – она не орала, говорила предельно тихо.
А Саша, кажется, даже обрадовался. Он не стал ничего отрицать. Да, он влюбился, и с этой женщиной у него все серьезно. Но и бросить Вику в таком состоянии он не может. Обещает ее доходить – будет вместе с ней.
Да я уже одна – хотела крикнуть женщина, но промолчала. Муж в тот вечер куда-то ушел, а она проплакала полночи.
После этого разговора Саша перестал ее стесняться, начал задерживаться на работе и стал часто ночевать вне дома. Разговаривать с Викой он практически перестал, но продукты покупал и помогал найти таблетки – пластыри со временем перестали справляться с болью.
Видно было, что Саша нервничает- он рассчитывал стать вдовцом, а не сиделкой – жена требовала все больше внимания. Ей становилось все хуже. Молодая любовница не понимала, почему он не может бросить свою супругу и переселить ее в хоспис.
Врачи дали ей 3 месяца, она прожила 6. Ее не стало в одну из таких одиноких ночей, когда было невозможно заснуть из-за боли, и никого не было рядом.
Саша настоял на отпевании.
То ли уход Вики что-то надломил в нем, то ли у любовницы оказался плохой характер, но он так и не женился. Живет в той же квартире, работает, ходит в гости.
Только вот практически перестал спать по ночам. Долго-долго в конах его квартиры горит свет – Саша не может заснуть на кровати и часто уходит на кухню на маленький диван, на котором много ночей подряд ждала его Вика.