Тридцать лет назад, 10 июля 1994 года, в Беларуси завершился второй тур первых в суверенной истории страны президентских выборов. В нём убедительную победу — более 80% голосов избирателей — одержал молодой политик Александр Лукашенко. Однако выиграть президентские выборы и стать Президентом — суть разные вещи. О том, как проходило становление Александра Лукашенко в новой должности, какие задачи приходилось ему решать десятилетия назад, наш еженедельник предложил рассказать гомельчанам, которые лично общались с Президентом. На очереди история работника управления соцзащиты администрации Советского района Виталия Суторьмы.
В последние дни августа 1996-го Александр Лукашенко подписал Указ «Об учреждении стипендий Президента Республики Беларусь студентам государственных высших учебных заведений и высших учебных заведений потребительской кооперации». Как было сказано в преамбуле, в целях поощрения студентов, достигших особых успехов в учёбе, научно-исследовательской и творческой деятельности.
Одним из тех, на кого в полной мере распространялись положения этого документа, был гомельчанин Виталий Суторьма. Ныне ведущий администратор управления социальной защиты администрации Советского района, а в год выхода упомянутого Указа — пятикурсник факультета промышленной электроники ГГТУ имени П.Сухого.
— В политех я поступил в 1992 году, — вспоминает Виталий Суторьма. — Учился все годы на «отлично», получал повышенную стипендию. Правда, выплачивали её крайне нерегулярно. Да и размер был такой, что хватало от силы на неделю.
Но больше безденежья угнетало ощущение собственной ненужности. Казалось, всем, кроме родителей, на тебя и твоё будущее наплевать. Распределения не было, после диплома едва ли не каждый молодой специалист чувствовал себя словно витязь на распутье. Молодёжной политикой тоже особо никто не занимался, практически все годы учёбы мы были предоставлены сами себе. К выпускному курсу даже как-то попривыкли к такому положению.
Когда в 1994 году объявили выборы президента, Кебич, один из кандидатов, тут же включил административный ресурс. Преподаватели намекали нам, что именно за него необходимо голосовать, в крайнем случае, за Шушкевича. Я свой голос отдал за Лукашенко. Не потому, что понравилась его программа, я её вовсе не читал, а из чувства протеста против откровенного давления. И, честно говоря, безо всякой надежды на то, что в ближайшей перспективе что-либо кардинально поменяется.
Студент Суторьма второй слева.
Однако осенью 1996-го меня вызвал к себе завкафедрой Бронислав Антонович Верига и буквально ошарашил: в стране вводится президентская стипендия. И руководство вуза решило представить мою кандидатуру на её получение. Собрали необходимые документы и отправили в Минск. Вскоре оттуда пришёл вызов на Карла Маркса, 1. От Гомеля, помимо меня, на встречу с Александром Лукашенко поехали ещё две девушки из ГГУ и мединститута, а также парень из кооперативного института.
Билеты на поезд покупали за свой счёт, в Минск добирались самостоятельно. В Управлении делами Президента его сотрудники вручили нам конверты с деньгами. 200 тысяч тогдашних белорусских рублей! Почти 30 долларов! По тем временам деньги даже для работающего человека немаленькие. Мы и обрадовались, и расстроились одновременно. Нам же встречу с Александром Лукашенко обещали. Сотрудники успокоили: «Александр Григорьевич сейчас на важной встрече, но обязательно поговорит с каждым из вас».
И действительно, через какое-то время нас по одному стали приглашать к нему в кабинет. Когда я вошёл, он встал из-за стола и крепко пожал мне руку. Это рукопожатие до сих пор помню. Я сам не из хиляков, но моя ладонь буквально утонула в его. Настоящий мужик!
Александр Григорьевич первым делом спросил, на кого я учусь. Когда узнал о будущей специальности, обрадовался. «Правильно, — одобрил, — надо поднимать, реальный сектор экономики. Без него страна не выживет. Юристы и бухгалтеры её не поднимут». И так по-свойски это сказал, что у меня вся робость улетучилась. «А не получится, — спросил я, — как в России: всё приватизируют и развалят?» Он улыбнулся и ответил: «Не переживай, мы этого не допустим. Хотя желающих опыт наших соседей повторить у нас немало». И тут же как бы шутя свой вопрос задал: «За границу не собираешься?» «Так если на родине, — отозвался я, — работа будет, зачем она мне сдалась?» Он по плечу меня хлопнул и заверил: «Будет работа! И для молодых, и для старых. Для всех! Потому что это наша страна. И никто, кроме нас, её не построит».
Я не люблю пышные фразы, но признаюсь, что из кабинета Президента я вышел окрылённый. Пяти минут общения хватило, чтобы убедиться: Беларусь находится в надёжных руках.
И сегодня я рад, что мои впечатления почти 30-летней давности не оказалось ошибочными.