Сент-Экзюпери о детях. Эссе-8. Дети в произведениях Сент-Экзюпери. Цитадель. Продолжение

Глава 122. … Как ты счастлив, глядя на потемневшие глаза ребенка. Он погрузился в созерцание своего сокровища, получив свое сокровище в руки, он засветился и похож на морской анемон. Если ты отпустишь его, он убежит. И догнать его нет никакой надежды. Не говори с ним, он тебя не услышит.

Его потемневшие глаза, чуть-чуть потемневшие, будто на луг набежала тень тучки, - не говори мне, что они ничего не значат. Даже если это единственное твое воздаяние за прожитый год, за твою тяжкую работу, за потерянную на войне ногу, бессонные ночи, обиды и страдания - все возмещено тебе сполна, и ты счастлив. Ты в выигрыше, ты выгодно поменялся.

Вот она, эмоциональная составляющая бесподобного стиля Писателя: наблюдения за мимикой – движением душевных переживаний человека, фотографическая наблюдательность и непосредственная детскость и рождается мысль-фраза: Его потемневшие глаза, чуть-чуть потемневшие, будто на луг набежала тень тучки, - не говори мне, что они ничего не значат. Даже если это единственное твое воздаяние за прожитый год, за твою тяжкую работу, за потерянную на войне ногу, бессонные ночи, обиды и страдания - все возмещено тебе сполна, и ты счастлив. Ты в выигрыше, ты выгодно поменялся. Все что написано, пережито автором в жизни: 15 аварий, переломы, сотрясения, почти гибель от удушения в тонущем гидроплане, потеря сознания от кислородного голодания на высоте 10000 метров и еще многое другое и за все это: Его потемневшие глаза, чуть-чуть потемневшие, будто на луг набежала тень тучки, - не говори мне, что они ничего не значат. Даже если это единственное твое воздаяние за прожитый год, за твою тяжкую работу, за потерянную на войне ногу, бессонные ночи, обиды и страдания - все возмещено тебе сполна, и ты счастлив. Ты в выигрыше, ты выгодно поменялся.

Так «вспахать душу и разум» может только гений…. А.Шоппенгауэр: «Талант достигает цель, которую никто не может достичь. Гений – ту, которую никто не может увидеть». Я не встречал писателя, ученого, обывателя, кто бы мог с такой проницательностью, наблюдательностью, любовью, нежностью увидеть в детях то, что «никто не мог увидеть».

Глава 158. Ты согласен со мной и упомянул о слабости ребенка; в будущем он изменит мир, но в первые свои дни подобен дрожащему пламени свечи. И я вспомнил, как умирал малыш Ибрагима. Когда он был здоров, улыбка его была для всех подарком. "Иди к нам!" - звали его. И он подходил к старику. Улыбался. Старик светлел. Старик трепал его по щеке, не зная, что же ему сказать, - ребенок сродни зеркальной глади, от нее кружится голова. Сродни распахнутому окну. Перед ребенком всегда робеешь, словно он всезнающ. Так оно и есть, в нем дышит дух, который ты потом иссушишь. Из трех камешков он построит морской флот. Старику не увидеть в малыше адмирала, но властность его он чувствует. Сын Ибрагима - пчела, что повсюду собирала свой мед. Все для него становилось медом. Он улыбался тебе белозубой улыбкой, и ты приостанавливался, пытаясь понять, чем же тебя одарили. Словом этого не выразить. Несказанные эти дары ничьи, они сродни весеннему солнцу, что хлынуло вдруг, и в ответ засверкало море. Благоговением отозвалась душа моряка. Будто луч славы на миг осенил корабль. Ты скрестил на груди руки - ты впиваешь. Так улыбался и малыш Ибрагима, чудесная случайность на твоем пути, которую ты не умел, не знал, как удержать.

… Ребенок всегда во главе могучей армии, но ты не видишь этого. Сейчас великан может уничтожить ребенка. Но не станет. Что за опасность - ребенок? Но ты увидишь, как ребенок поставит ногу на голову великана, сокрушив его.