Принцип bona fides (доброй совести) был известен еще с Древнего Рима. Добросовестность представляет собой морально-нравственную категорию, из чего следует вопрос о необходимости закрепления данного неопределенного принципа в праве.
В. Ю. Гаврилов пишет: «Представляется, что использование «доброй совести» лишь для достижения социально идеальной модели поведения участников гражданско-правовых отношений не совсем верно, поскольку тогда можно утверждать, что в каждом конкретном случае при упразднении законодательства любой казус возможно будет разрешить путем социального равенства и стремления каждого к заботе о ближнем без использования права». Из этого следует, что принцип добросовестности нужен для применения именно в правовом поле.
ПП ВС говорит: «Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное». Таким образом, использую принцип добросовестности, законодатель воплощает в жизнь золотое правило морали, ограничивая тем самым бесконечную свободу участников гражданских правоотношений, при этом принцип ограничивает только негативные стороны свободы, которые направлены на умаление прав и свобод других лиц. Само понятие принцип означает основное исходное положение, на основе которого происходит дальнейшее построение. Именно от этого принципа идет ограничение гражданских прав и свобод, например, недействительность кабальных сделок и т.д.
Таким образом, принцип добросовестности является одним из главнейших принципов гражданского права и служит средством ограничения гражданских прав и свобод