( Часть вторая)
- Никшни! - голос отца дрожал от еле сдерживаемой ярости. Таким Санька батю за двадцать своих лет ещё не видел.
- Андрюша, не надо!
В углу заплакала Ванюшка.
Отец шумно выдохнул, выпустил жалобно трещавшую ткань
- В моем доме с моей женой ты, паря, так разговаривать не будешь.
Стёпа ошалело потряс коротко стриженный головой. В синих глазах плескалось изумление.
- Поел? Пошли, а то вся рыба на дно уйдет. Жарко сегодня.
Сашка буквально выволок Степана в подъезд. Чуть снасти не забыл.
- Зачем ты с ней так?
- А как ещё? Бросила нас с отцом, уперлась в ваши..
- Ну, договаривай!
- В вашу Пупырловку, - сдержал чуть не слетешвшее с губ матерное слово Степан, замуж вышла бог знает за кого, Варьку увезла!
Сашка хотел втащить этому козленышу за батю, но вдруг понял, что тот банально ревнует мать к новому мужу, новой жизни, даже к нему, Сашке.
До реки дошли в молчании.. Красавица Шексна текла неспешно, тоениво, величаво. Сашка любил реку, как любят живого человека, скучал по ней в армии, как скучал по Василисиному " братишка" и Маринкиным поцелуям.
-:Ух ты! Прикольный водоемчик!
Сашка хмыкнул. Видел, что братца пробрало.
- А какая рыба в этом водоеме!
- Скажи еще, омары с лангустами, - прыснул Степан.
- Твои лангусты рылом не вышли в нашей реке водиться.
Поклёвка шла бодро. По местным меркам рыба шла так себе, мелочевка, но у Степана разгорелись глаза, он азартно тягал рыбешку за рыбешкой, не обращая, внимания на гудящих басом злющих комаров.
Стало припекать.
- Ша, - объявил Сашка, - хватит. Эмалированное десятилитровое ведро было полно рыбы. Та, что сверху, еще била голубовато- розовыми чешуйчатыми хвостами, но и она уже засыпала от жары без воды.
- Искупаемся? - предложил Стёпа
- Годится, - кивнул Сашка, быстро разделся, искоса поглядывая на родственника.
Степан прыгнул в воду, как лосенок, подняв тучу брызг и радостно отфыркиваясь.
" Оно точно не утонет", - ехидно подумал Сашка. На воде парень держался, но и только. Саньке, выросшему на реке, было ясно, что учился пацан плавать в каком- нибудь городском бассейне, а живой воды, с течениями и омутами, и в глаза не видывал.
- Ты от берега далеко не заплывай, снесет.
- Угу.
Солнце припекало, река ласково несла Сашку на своей груди. Хорошо!
Блин, а как там этот, пестицидными курами вскормленный? Сашка сообразил, что расслабился, задумался и уже минут пятнадцать не видел коротко стриженный темной башки
Степан был занят делом: он тонул. Уже нахлебался воды, но ещё не понял, что не выплывет.
Санька, чертыхаясь про себя, саженками поплыл к беспомощно барахтающейся долговязой фигуре.
Вот он, Дунькин омут. Почему Дунькин, и никогда не задумывался, называется так, и всё. Сейчас это интересовало в Сашку в последнюю очередь. Словно невидимые руки обняли и рванули вниз. Плыл, напрягая силы. Схватил уже обмякшее, погружающееся в тесную воду тело и поводок за собой к берегу.
Хорошо, что родственничка притомило, а то некоторые с перепугу мертвой хваткой вцепляются в спасителей и тянут на дно.
Тяжелый, зараза. Перекинул через согнутую в коленк ногу, из Степиных легких хлынула вода. Он открыл глаза, кашлял, плевался, пару раз его вывернуло.
- Ну что, живой?
- Ага.
Сашка коротко, без замаха, врезал Степану в челюсть
- Делай, что говорят и не выпендривайся.
Темно- синие глаза сузились, но давать сдачи тому, кто только что спас тебе жизнь, было как- то неловко
- Я же хорошо плаваю..
- Ага. Стиль " томагавк", - хмыкнул Санька
- Чего???
- Плаваешь, как топор! Книжки читать надо, а не в интернете зависать!
Немного обсохнув, протянул парню нож.
- Нам ещё рыбу чистить!
- Чегоо? Мордаха у Степана была до того изуслкнная, словно Санек предложил ему выкинуть весь улов обратно в реку.
- Рыбу чистить, чтобы эти кишки- чешуя в хате не воняли. Да и тете Кристе полегче будет.
Степа принялся неуклюже отпиливать голову плотвичке, которой не посчастливилось лежать на самом верху.
- Хоспади, дай сюда! Не утонул, так решил себе руку отрезать! Может, тебе мама еще носки- трусы стирает?
По глазам понял, что так оно и есть.
Бедная тетя Кристя! Тут не только к ним в город, тут от такого сыночка в тайгу сбежишь. Да и бывший муж, судя по всему, тот ещё гражданин. Но уж это его, Сашку, точно не касается.
- Ты хоть маме не говори, что я того... тонул.
- Не скажу. Взгляд Сашки потеплел. Волновать мать не хочет. Ну хоть какое- то человеческое отношение.
Два парня, высокий, как бамбук, и низкий и широкоплечий, как гном из фентэзи, поплелись в сторону дома.
( Продолжение следует)
ге