8 июля Второй Западный окружной военный суд признал режиссёра Женю Беркович и драматурга Светлану Петрийчук виновными в оправдании терроризма за спектакль «Финист ясный сокол». И приговорил их к шести годам колонии общего режима. Суд постановил зачесть им содержание под стражей из расчёта один день к одному (Беркович и Петрийчук были задержаны в мае 2023 года).
С 13 июня заседания по делу проходили в закрытом режиме по ходатайству прокурора из-за угроз в адрес некоторых свидетелей обвинения, которые они получали в интернете. Среди слушателей, столпившихся у здания суда, были в основном журналисты, родственники и знакомые обвиняемых, в том числе актриса Мариэтта Цигаль-Полищук. Спектакль «Финист ясный сокол» рассказывал о россиянках, завербованных Исламским государством (запрещённая в России террористическая организация). Постановка, основанная на материалах реальных уголовных дел, представляет собой своеобразный допрос россиянки, решившей выйти замуж за террориста и уехать к нему в Сирию. В 2022 году спектакль получил 2 премии «Золотая маска»: за лучшую работу драматурга и лучшие костюмы. Одна из героинь рассказывает, что влюбилась в террориста, общаясь с ним по переписке. И увлеклась идеей переезда к нему после того, как он расписал ей все прелести жизни женщин в исламе. Экспертиза Московского государственного лингвистического университета посчитала, что пьеса оправдывает выбор этих женщин, а террористическую организацию представляет свободным, продвинутым обществом, которое морально и духовно превосходит остальных.
Беркович и Петрийчук категорически отвергают эти обвинения, подчёркивая, что ставили спектакль с целью профилактики терроризма, а не его оправдания. И настаивают на том, что никогда не разделяли убеждений приверженцев ислама. «Я никогда не носила хиджаб. Я состою в светском браке с нерелигиозным мужчиной. Я ем свинину, фотографируюсь на пляже... Невозможно при всем вышесказанном быть исламисткой», — говорила Беркович на одном из заседаний. Помимо лингвистической экспертизы у обвинения были показания актёра Владимира Карпука (он первым обвинил создателей в оправдании терроризма) и секретного свидетеля под псевдонимом «Никита», который тайно снял спектакль на телефон и показал запись полиции. По мнению Никиты, в пьесе «террористы показаны жертвами, а виновным выставили российское государство».