Неприятная ситуация.
Максим Сушинский — легенда «Авангарда». Вместе с омским клубом он становился чемпионом России, выигрывал Кубок европейских чемпионов, а также трижды признавался сильнейшим игроком страны (2000, 2002 и 2004 годы). Как нетрудно догадаться, значительная часть карьеры Су-33 прошла в составе «Ястребов». Однако есть еще один клуб, которому Сушинский отдал долгие годы. Это питерский СКА. Именно в этой команде Максим дебютировал в большом хоккее в 1990 году. Времена были непростые — зарплаты не хватало, поэтому в свободное от тренировок и официальных матчей время Сушинский подрабатывал таксистом. Несмотря на все эти трудности, форвард был верен клубу и всегда шел на уступки. Однако в 1996 году Максим решил сменить обстановку и подписал контракт с «Авангардом». А спустя 10 лет хоккейная судьба снова свела клуб из Питера и одного из самых эффектных нападающих своего поколения. Но закончился этот роман очень грустно. Сушинский провел в составе питерцев 5 лет подряд. После чего с ним решили расстаться.
«Со мной СКА расторг контракт в последний момент. Прямо во время свадьбы Макса Афиногенова. В Москве была, мы отпраздновали в «Ритце». Все там: Тимченко, Медведев, Касатонов, Точицкий. Живем в одной гостинице. Утром звонок — я еще просыпаюсь после свадьбы, Касатонов говорит: «Мы с тобой расторгаем контракт». Я говорю: «Класс, спасибо». Не через агента? Да, так напрямую. Я говорю: «Окей». Тренировочный процесс начался, и документы никакие не оформили — я хожу на тренировки, чтобы не отчислили, пока агенты разбираются. Лето, только первая тренировка начиналась, но я стал ходить, чтобы не обрезали за прогулы», — рассказывал нападающий в интервью.
Позже Сушинский даже провел расследование, чтобы понять, кто был главным инициатором расставания с ним. Незадолго до всех этих событий команду возглавил одиозный Милош Ржига. Первое время Максим думал, что его убрали из команды из-за желания чешского специалиста. Однако это было не так. Сушинский был в хороших отношениях со всеми клубными водителями. Один из шоферов, который однажды подвозил Ржигу, рассказал — тот, напротив, во время одного из разговоров пытался вразумить руководство и оставить форварда в команде. Но у него ничего не вышло. Тогда Максим сразу понял, что все дело в высших руководителях, с которыми у него были прекрасные отношения. Но оказалось, что так было только на первый взгляд.
«Вот так получилось. Просто обидно. Могли бы мне сказать, мол, давай ты сыграешь одну игру — и закончишь. И я бы закончил, никуда бы не поехал, если б так произошло. И возраст, и не хотел уже. У меня бизнес работал и зарабатывал я там больше, чем в хоккее. Поэтому в тот момент я мог бы прекратить сразу карьеру. Очень большая обида осталась. Я много лет отдал, и можно было либо предупредить в конце сезона, чтобы я спокойно клуб нашел, либо не так это сделать. Просто сказать: «Может, ты закончишь? Одну игру сыграешь, мы тебя проводим — и все». Но диалога не состоялось, а просто был звонок. На этом мы расстались», — вспоминал Сушинский.
Через 2 года после ухода из СКА Максим повесил коньки на гвоздь. Последними клубами легендарного Су-33 были «Салават Юлаев», магнитогорский «Металлург» и швейцарский «Фрибур-Готтерон».