Глава шестая
Домой я нарисовалась ближе к шести часам вечера, плюхнулась на диван, вытянув ноги, и задумалась.
Ну кто мог предположить, что свою любовь я встречу в лице совсем не юного женатого усатого майора.
Вот угораздило же меня, правильную девочку, мамину дочку, папину гордость, дипломированного психолога, влюбиться в последнего слишком порядочного мужчину на всей планете.
Раздался телефонный звонок.
- Маруся, дорогая, ты дома? – услышала я мамин голос.
- Да, мамочка, - обрадовалась я, - вы уже выехали? Во сколько примерно вас завтра ждать?
- Мы уже въезжем в город, - довольно сообщила мама.
- Ой, - подскочила я, - вы же собирались завтра вернуться! Я не готова! Только с работы пришла! У меня холодильник пустой!
- Не волнуйся, доча, - успокоила мама, - мы заедем в магазин и все купим. Надеюсь, ты завтра дома?
- Дома, а что такое? – спросила я.
- Нас пригласили на дачу Скворцовы. Помнишь, дядя Петя и тетя Люба? Они в понедельник в отпуск улетают. А папе по работе с Петром встретиться надо. Я хотела бы, чтоб ты поехала нами.
- Конечно, мамуль, я очень соскучилась. Да папа сможет расслабится и выпить немного. Я на обратной дороге за руль сяду.
Я поговорила с мамой и побежала в ванную. Успела вымыть голову, привести себя в порядок, сунула форму в стиральную машину. Даже успела к приезду родных пропылесосить коридор и кухню.
***
А в десять часов утра следующего дня мы уж были на даче Скворцовых. Дача Скворцовых – это большой деревянный старинный дом с застекленной верандой и балконом на втором этаже. Дачным участком это можно назвать с большой натяжкой. Это скорее всего кусочек рощи, огороженный забором. В конце участка выход к реке, где был оборудован достаточно широкий пирс.
Я много раз бывала в этом доме. Обычно я садилась на большие качели под навесом, удобно устроившись в подушках и слушала аудиокнигу или читала.
Сегодня я планировала делать тоже самое, но моим планам не суждено было сбыться.
Перед домом нас встретили хозяева и молодой человек. Судя по всему он был старше меня лет на пять. После приветствий и объятий Любовь Семеновна сказала:
- Познакомьтесь, мои дорогие! Это племянник Петеньки, Борис. Очень милый и умный мальчик. Закончил филологический и параллельно социологический факультеты. Увлекается религиоведением.
- Тебя Люба, - засмущался молодой человек, - вы меня вгоняете в краску.
- Я всегда говорю чистую правду, дружочек! Вот, познакомься, Артемий Евгеньевич и Нина Дмитриевна, наши давние друзья. А это Машенька – замечательная девочка. Кстати, она психолог!
Я улыбнулась и дурашливо сделала книксен. Борис поцеловал ручку маме потом мою. И в заключении в крепком рукопожатии потряс руку отца.
- Я много слышал о вас, Артемий Евгеньевич, - сказал он, - читал ваши труды по психологии.
- Что вы говорите?! – произнес папа, - приятно удивлен! И что же вас заинтересовало?
- Детские травмы и навязчивые состояния. – с готовностью ответил Борис.
- О! Про навязчивые состояния и девиантное поведение вам лучше с Машенькой поговорить, - улыбнулся отец, похлопав меня по плечу, а увидев удивлённые глаза Бориса, добавил, - дипломная работа.
- И что это мы стоим посреди двора? - воскликнул хозяин, - Любушка, приглашай гостей в беседку к завтраку! У нас и блинчики с черной смородиной, и пироги с мясом и грибами. Хозяюшка моя постаралась!
Мы прошли в беседку. Родители тут же стали доставать привезенные с юга персики, длинную, покрытую сеточкой светлых полосок огроменную дыню-«торпеду». Беседку наполнил сумашедше сладкий запах дыни.
Завтрак получился замечательный. Правда плавно переходящий в обед, шашлыки и ужин. С небольшими перерывами на обсуждение рабочих моментов мужчинами за рюмочкой коньяка, да нарезку салата и шушуканье женщинами.
Мы же с Борисом почти весь день провели на пирсе в удобных шезлонгах. Даже несколько раз искупались в реке.
В целом, он произвел на меня приятное впечатление: симпатичный, атлетически сложенный, видно, что следит за собой. Светлые волосы, короткая стрижка. Правда, какого цвета глаза я не помню. Зато обратила внимание на ухоженные руки. Только один палец был заклеен пластырем.
- Порезался, - как бы оправдываясь пожал он плечами.
Ненавязчивый, внимательный, обходительный. Не наглый, даже когда вместе купались. Увлеченно рассказывал о религиях, суевериях, темных духах и ведьмах. Узнала много нового.
День, на удивление, удался! Мама пообщалась с подругой, папа решил свои вопросы по работе, а я просто замечательно отдохнула.
***
А утро понедельника началось, как обычно. Не успела я войти в отдел, как постовой сообщил мне, что меня очень хочет лицезреть начальник.
Закинула сумку в кабинет, взяла ежедневник, ручку и отправилась к шефу. Там уже в полном составе сидел розыск со всеми своими начальниками и следователь, который в субботу после выезда на место происшествия, где обнаружили фею, съездил еще на грабеж и две кражи. Конечно же, у него в деле еще конь не валялся.
- Со следствием все понятно, - недовольно сказал шеф, - что нам может сказать розыск?
Докладывал Шерпе:
- Оперативная группа выехала на место. В лесу обнаружен трyп девушки в костюме феи. По заключению эксперта смерть наступила от внутреннего кровотечения. Удар нанесен шилом или шилообразным предметом со спины в область печени. С места преступления изъяты шезлонг, стол, бутылка шампанского и фужер. Отпечатков пальцев на них нет. Позднее, Марией Артемьевной там же был обнаружен осколок бокала. Отдан на экспертизу на предмет отпечатков пальцев.
- Есть предположения кто? Зачем? Почему?
- Пока нет, - развел руками начальник розыска, - только я уверен, что это серия.
- Какая серия! – вспылил шеф, - работать надо! Все свободны.
Мы все вышли из кабинета и удивленно воззрились на Шерпе. Я от того, что шеф не воспринял версию с серийником, а остальные, потому как не понимали, откуда серия. В курсе был только Васнецов.
- Так, - сказал Вячеслав Александрович, - все работать. Санек, выясняешь все по личности убитой. Васнецов – ищешь что это за костюм и откуда.
- А я?
Все повернулись ко мне.
- А у психолога своей работы нет? – услышали мы голос шефа.
Он стоял в дверях кабинета и был явно недоволен:
- Шерпе, зайди ко мне.
Майор вернулся в кабинет начальника, а все остальные разбрелись по рабочим местам.
Я села за стол в своем кабинете и минут сорок тупила в монитор, потом открыла психологическую характеристику одного из сотрудников, но сделать ничего не успела.
Крик я услышала даже со второго этажа. На постового кричала женщина. Очень возмущалась и требовала пропустить ее к начальнику. Приемная и кабинет шефа находился через две двери от моего. Я приоткрыла дверь и выглянула в кабинет. Вместе с постовым по лестнице поднималась та самая женщина, что орала на меня и Шерпе на парковке у отдела, его жена.
Что еще могло случиться? Но встречаться с нею мне совсем хотелось. Поэтому я поплотнее прикрыла дверь и села за стол. Работать не получалось, потому что крики той дамочки слышны были даже за закрытыми дверями.
Зазвонил телефон прямой связи с шефом.
- Колосова. Слушаю товарищ полковник.
- Зайди ко мне, тут по твоему профилю.
Я внутренне сжалась. По моему профилю или по мою душу? Блин, что сейчас будет! Но ведь не скажешь шефу: «Не пойду. Сам с этой дурой разбирайся!»
Я заглянула в приемную и кивнула секретарю, мол, что там. Она схватилась руками за голову и покачала ею. Дверь из приемной в кабинет шеф была открыта, и оттуда доносился плачь женщины:
- Он мне изменяет, Андрей Алексеевич. Его постоянно нет дома. Говорит, что на работе, а сам с молодыми прошмандовками по городу катается, в машине с нею обжимается. Вот в субботу в четыре утра звонок, сказал, что на трyп уехал. А вернулся поздно вечером, да еще не трезвый!
- Так у нас, действительно, был выезд на труп. В четыре утра поступил звонок. Он с оперативной группой выезжал, а потом в отделе работал. Я сам в субботу здесь был, видел и его, и оперов, и криминалиста. Тот вообще до позднего вечера над экспертизами корпел, и вчера тоже.
- А я его с девицей легкого поведения в машине застукала, - поджала губы женщина, а потом зарыдала в голос.
- Ну не плачьте, Елена Николаевна! – шеф явно не знал, как с нею разговаривать, - сейчас подойдет наш психолог. Пообщайтесь с нею. Она отличный специалист, поможет вам.
Я поняла, что стоять и слушать это можно до бесконечности, а предстать пред светлы очи руководства придется. Блин! Жизнь меня к этому не готовила! Я сделала глубокий вдох и вошла в кабинет.
- Разрешите, товарищ полковник, - выдохнула я.
- Вот, - расплылся в улыбке шеф, - вот и наша Мария Артемьевна, замеч…
Продолжение завтра в 18.00
Ваши лайки и комментарии вдохновляют автора