В пакетах все было аккуратно упаковано в контейнеры и фольгу. Ещё горячее и очень вкусное, судя по запаху. Я выложила на тарелки запеченную красную рыбу с овощами, большущие стейки, два салата и десерт. Десерт бы в стеклянных красивых вазочках, наверное, точно владелец друг босса, раз ему посуду ресторана с собой разрешили забрать.
Дмитрий Маркович застал меня за рассматриванием слоёв десерта. Чуть не уронила от неожиданности. “Я и правду какая-то косорукая, вечно у меня всё из рук вон плохо” — подумалось мне. Хорошо хоть сейчас не уронила.
Убрала лишние пакеты в мусорное ведро, достала из холодильника сыр и деликатесное мясо, нарезав тонкими пластинами уложила на блюдце. Рука дернулась поставить чайник, но босс меня опередил. Встал между столешницей и мной и поймал меня как в силки.
— Угомонись и сядь. Ешь. Я сам. — руки его опустились и я быстро села на стул.
Чайник зашумел за моей спиной, а он, мне так показалось, задержался за моей спиной.
Мы поели. Он сидел за столом, наблюдая, как я проявляю инициативу и убираю со стола. Я вообще этого делать не должна. Не служанка ему, и не жена. Но… руки ж надо куда-то деть. Да и как-то самой не по себе, поели, надо посуду помыть…
— У меня есть посудомоечная машина. — я уже ополоснула бокалы, и расставляла их на сушилке. Раньше сказать не мог, конечно.
Ничего не ответила, но он не дал мне уйти.
— Присядь.
Судя по его взгляду, лучше не напрашиваться на неприятности и не спорить.
— Что ты делала в детском доме?
— Приезжала навестить племянников.
Не удивился даже. Нежели Миша ему не рассказал подробности? Видел же.
— Дальше. — не спускал с меня глаз, а я поджала губы. Придётся выложить всё как духу.
— Вообще они мои двоюродные братья, но еще такие маленькие, и Надежда мне как сестра. Я называю их племянниками.
— Хм. А твоя так называемая сестра?
— Она младшая сестра моей матери, но родителей я уже и не помню, маленькая была когда они погибли в аварии, жила с ней, пока… пока на свет не появились мальчики. Потом я поступила, уехала и вот через четыре года, они оказались в детском доме. Она их бросила. — Последнюю фразу я произнесла так тихо, что думала, он не расслышал.
Он промолчал. А я не смела поднять глаз. Да вот такие у меня родственные связи.
— Я должна забрать их оттуда. Мне сказали, я могу оформить опеку, если сниму квартиру и найду работу нормальную. Хорошо оплачиваемую.
— И ты продалась, чтобы нагадить на моем предприятии?
— Что? Нет! Я устроилась работать. Мне нужна работа, нужны деньги.
Чёрт-черт-черт, зачем я снова про деньги. Разволновалась не на шутку. Теперь он видит мой “мотив”.
Зазвонил его телефон, а Зимин раздраженно ответил: “Да!”, он вышел на лоджию из кухни, но дверь была прикрыта не полностью, поэтому я услышала обрывки фраз. Я не хотела подслушивать, но так вышло!
“Приступай” “Да, я же сказал, что разберусь” “Я твой план Д видал в одном месте, Серый!”
Вошел на кухню рассерженный. Глянул на меня и внимательно так стал рассматривать, словно я лягушка под лупой. Что там за план Д такой. И как он связан со мной?
— С завтрашнего дня работаешь у меня помощницей секретаря. Обедать будем вместе, а так же уезжать и приезжать. Мне придется изобразить влюбленного в тебя идиота, чтобы твои сообщники вновь решили связаться со мной.
— В меня что только идиот может влюбиться?
— Они захотят залезть через тебя в административный отдел, будешь сообщать мне обо всем. Поняла?
Взял меня за подбородок, чуть приподнял его.
— Пожалуй это будет интересно. — задумчиво произнес уставившись на мои губы.
Он уже давно ушел, перед этим выдав, что утром к восьми утра я должна быть собрана и ждала его, а я всё ещё стояла на кухне, опираясь на стол руками.
Хоть бы никто не хотел со мной связаться! Я не виновата ни в чем, а своими действиями он подталкивает этих злоумышленников и дальше меня использовать