Неоднократно обращал внимание на то, что скоротечность жизни увеличилась в разы. Связано ли это с преклонным возрастом, с общим ускорением исторических процессов или с заговором криптомассонов, не имею понятия. Но, вот уже и июнь близится к концу, а с ним практически и лето. Сирень отцвела, отцветает липа, а более в нашем приполярном селении и цвести особо нечему. Так что, пора готовится если не к новогоднему празднику, то к октябрьским торжествам уж точно.
Октябрьские (они же ноябрьские) праздники во времена кромешной цензуры, махрового ревизионизма и оголтелой геронтократии хотя и имели ярко выраженную идеологическую окраску, однако, отмечались народными массами с размахом, уступающим лишь встрече Нового года. Объяснялось это, прежде всего, наличием сразу двух праздничных и выходных дней. Поскольку Зимний революционные матросы взяли в ночь, то и праздничными объявлялись сразу 7 и 8 ноября. Что было редким исключением при советской власти, все остальные праздники разрешалось отмечать по одному дню. Только ещё дню солидарности трудящихся выделялось два дня, с целью дать возможность гражданам похоронить картошку-моркошку. Целых два выходных дня, а при удачном стечении обстоятельств и при нужном календарном расположении и целых три. Четыре выходных власти предержащие народу никогда не жаловали, ибо план и социалистические обстоятельства. Так что если 7 и 8 ноября выпадали на понедельник-вторник, то предстоящая им суббота объявлялась рабочим днём с последующим присоединением к отпуску. Но даже и те два-три осенних выходных народ отмечал широко, с песнями, застольями и традиционным "Голубым огоньком" по ящику. Огонёк, цвет которого не имел в те году предосудительного характера, бодро оттарабанивал в начале идеологическую повестку, ведущие быстренько поздравляли комбайнёров-металлургов, выполнивших повышенные соцобязательства, а затем начинались вполне безыдейные Пугачёвы с Леонтьевыми и поющими гитарами. "Октябрьские", таким образом, были своеобразной репетицией Нового года. После них начинался неофициальный советский адвент, начинали открываться так называемые "Новогодние базары" в отделах культтоваров, граждане закупались дефицитом, кто где мог. Движение в светлое будущее ускорялось, пар из трубы шёл всё гуще.