Этот индейский воин даже на фотографии выглядит опасным человеком. На скуластом лице застыла презрительная ухмылка, адресованная бледнолицым, которые нечестным путем сумели его схватить и посадить под арест, а вся вина воина заключалась лишь в том, что он хотел угодить понравившейся девушке и подарить ей несколько блестящих медных пуговиц, срезанных с солдатского мундира.
Такова была мотивация поступка Дождя-на-Лице (1835-1905), одного из вождей племени хункпапа-сиу, о котором он лично поведал в 1894 году американскому журналисту Томасу В. Кенту.
Личная история Дождя-на-Лице
"Если вы хотите услышать историю, я расскажу правдивую. О себе. Я был злым и опасным человеком, пока жизнь не заставила ходить на костылях. Сейчас у меня хорошее сердце, но когда я был воином и охотником, оно все время было плохим. Девушки мной восхищались, а мужчины боялись. По мне было лучше подраться, чем хорошо поесть. Длинные ножи (солдаты) дрожали от страха, когда знали, что я рядом, а ри и кроу каждое утро ощупывали свои волосы, чтобы убедиться в наличие скальпа, когда вокруг их лагерей бродил Дождь.
Тут Гарри Маклафлин, наш переводчик, прервал рассказчика, потому что, когда индеец начинает хвастать, особенно если его кто-то слушает, он будет петь свои дифирамбы часами напролет.
"Да, да, мы знаем каким ты был крутым и боевитым, - сказал Гарри, - но мы хотим услышать о том, как Том Кастер посадил тебя в лужу. Если ты был таким храбрецом, то как случилось, что такой малорослый мужик, как Том Кастер, одержал над тобой верх?"
Эта отповедь произвела ожидаемый эффект, и Дождь поморщился от такой интерпретации его бойцовских качеств, ведь обхват груди этого индейца-ветерана составлял 46 дюймов (117 см), рост пять футов и девять дюймов (175,3 см), а весил он тогда около 195 фунтов (88 кг), в то время как капитан Том Кастер по всем статьям подходил под описание человека с ростом и весом ниже среднего.
И тогда Дождь очень обдуманно и неторопливо, подчеркивая каждую фразу жестами, рассказал нам свою версию случая с капитаном, а потом, к нашему удивлению, он продолжил рассказывать и поведал нам о своем участии в “резне Кастера”.
Мы были радостно удивлены этим неожиданным откровением о знаменитой битве при Литтл-Биг-Хорн, поскольку в течение долгих лет ни армейские офицеры, ни служащие Министерства внутренних дел ни угрозами, ни уговорами не могли заставить Дождя даже заикнуться об этом, а ведь он ни много ни мало считался убийцей генерала Кастера и был воспет самим Лонгфелло в стихотворении “Месть Дождя-на-Лице”.
Я воспроизвожу здесь эту историю, насколько это возможно, близко к переводу Маклафлина.
“За три года до большой битвы, вожди Галл и Сидящий Бык разбили свой лагерь в Стэндинг-Рок. Все они относились к числу непримиримых. Они были хупкпапа-сиу и настоящими бойцами, которые боялись врага не больше чем новорожденного бизона. Еще там были янктонаи-сиу (мирные индейцы) - любители кофе (трусы), они слонялись вокруг агентства, которое тогда находилось в Линкольне (форт Авраам Линкольн в верховьях Миссури). Мы отлично проводили время в лагере непримиримых, танцевали, бегали наперегонки, стреляли на меткость и играли в разные игры. У нас было полно пони, а вокруг паслось множество бизонов и оленей
Я отлично проводил время с девушками. Они дразнили меня, чтобы вывести из себя, а я, когда злился, то терял разум и хотел драться. Однажды ночью одна девушка начала подбивать меня пойти в Форт-Линкольн и убить белого человека. Я ответил ей, что это слишком опасно, так как длинные ножи всегда начеку. Кроме того, ри (индейцы из племени арикара, нанятых правительством в качестве разведчиков) поставили свои палатки на холме за фортом, а между фортом и рекой стоят лагерем лесорубы. Она сказала:
"Храбрый человек ничего не боится. Если ты трус, не ходи. Я спрошу другого юношу, который не боится, не участвовал ли он еще в “Танце Солнца". (Это танец, на котором танцоры подвергают себя пыткам, и на котором впоследствии Дождь-в-Лицо подверг себя самому страшному самоистязанию).
Ее подруги стали смеяться надо мной, а вот юноши, которые слышали разговор, нет. Они боялись меня. Я бы убил их за насмешку. Я пошел в свою палатку выкрасился в сапа (черный цвет, в который обычно красятся, когда выходят на военную тропу), взял свое ружье, лук и пони. Сидящий Бык запретил кому-либо покидать лагерь без его разрешения. Я ускакал под покровом темноты и отправился в Линкольн (сорок пять миль к северу, напротив нынешнего города Бисмарк, Северная Дакота). Я проторчал там два дня, высматривая возможность подстрелить солдата.
У меня было много шансов убить скво ри, много шансов убить лесоруба, но я хотел добыть медные пуговицы солдата и подарить их девушке, которая смеялась надо мной. Я так и сделал, и она пришила их на свое платье.
Однажды утром я увидел, как сатлер (армейский маркитант) и конный знахарь (старший ветеринар 7-го кав.полка Хонсингер) поехали напоить лошадей. Длинные Желтые Волосы (генерал Кастер) и его люди ехали примерно в 100 ярдах впереди. Я подбежал и застрелил сатлера в упор, а конному знахарю проломил голову своей боевой дубинкой. Затем я выпустил в их тела множество стрел и отрезал несколько пуговиц.
Длинные Желтые Волосы услышал выстрел, и его отряд бросился назад. У меня не было времени снимать скальпы с моих жертв. Я вскочил на своего пони и крикнул солдатам, чтобы они меня догоняли. Они гнались за мной до Пушечного Ядра (небольшая река в двадцати пяти милях к югу, названа так из-за круглой формы камней - прим. Ф.Д.З.). Чарли Рейнольдс (разведчик) узнал меня и рассказал Длинным Желтым Волосам, кто совершил этот храбрый поступок.
Следующей зимой я пошел в магазин при агентстве Стэндинг-Рок. Никаких продуктов мне не дали, потому что я не подписал бумагу (все индейцы, подписавшие мирный договор и согласившиеся жить в резервации, согласно приказа Военного министерства, получали два раза в месяц пайки от правительства. Непримиримые индейцы должны были жить охотой). Магазином тогда заведовал Истокша (Однорукий, достопочтенный Х. С. Паркин). Я там никого не боялся. У Маленьких Волос (капитана Тома Кастера, родного брата Армстронга Кастера -прим. Ф.Д.З.) было 30 солдат. Он подкрался ко со спины, как скво. Они все сразу навалились на меня, а потом бросили в больничную повозку (карету скорой помощи) и отвезли в форт Линкольн.
Со мной обращались как со скво, а не как с вождем. Они заточили меня в камеру, заковали в цепи, дали только одно одеяло. Всю зиму сквозь щели ветер кидал мне снег в лицо. Было холодно. Однажды Маленькие Волосы выпустил меня, и длинные мечи велели мне бежать. Я знал, что они хотят застрелить меня в спину. Я ответил Маленькому Волосу, что когда-нибудь сбегу, тогда я еще не был готов к побегу, но когда сделаю это, я вырежу у него сердце и съем.
Меня приковали к белому человеку. Однажды ночью мы сбежали. Солдаты стреляли в нас, но мы убежали и спрятались в зарослях на берегу реки Харт. Белый человек перерезал цепи ножом (напильником). На следующий день его поймали.
Я снова присоединился к Сидящему Быку и Галлу. Солдаты боялись прийти и снова отвести меня в плен. Я отправил Маленькому Волосу рисунок окровавленного сердца на куске бизоньей шкуры. Он знал, что я не забыл свою клятву. В следующий раз, когда я увидел Маленькие Волосы, тьфу! Я получил его сердце. Я все сказал". Конец отрывка.
Рассказ Дождя является хорошим примером того, как очевидцы сильно искажают события, пропуская все, что с их точки зрения кажется маловажным, и это, порой, сильно искажает реальные события. В русском языке даже есть такая поговорка: “Врет как очевидец”.
В рассказе 1894 года Дождя о пуговицах пропущено несколько месяцев между желанием девушки и его исполнением. Вождю не удалось добыть трофей в форте Линкольн, Южная Дакота, и следующий шанс ему представился только 4 августа 1873 года во время стычки с армией США на реке Йеллоустон, Монтана.
Если коротко, то 7-ой кав полк подполковника Джорджа Армстронга Кастера участвовал в охране геодезической экспедиции, искавшей удобный маршрут для прокладки железной дороги вдоль реки Йеллоустон. 4 августа Джордж А. Кастер и его брат Том Кастер взяли две роты полка и отправились разведывать местность впереди основной колонны. Отряд Кастера был замечен индейцами сиу из лагеря Сидящего Быка, и его попытались заманить в засаду.
Это почти получилось, но “Длинные Желтые Волосы” вовремя понял в какую авантюру его пытаются втянуть, отступил и занял оборону в старом русле реки. Кастер провел в полуокружении три часа, за которые его солдаты выпустили почти весь свой боезапас, пока к ним не подоспела помощь, после чего индейцы отступили. Потери с обеих сторон были мизерными: 3 раненых у сиу, и 3 убитых и 1 раненый у американцев.
Все убитые были на счету Дождя и его воинов, которых послали следить за действиями основной колонны американцев и предупредить, когда они пошлют подмогу окруженным солдатам Кастера. Индейцы затаились в роще на берегу Йеллоустона и стали наблюдать. Неожиданно прямо к ним направились два всадника: старший ветеринар Джон (Иоганн) Хонсингер и сатлер Огастас Балиран. Эта парочка “беспечных ездоков” отделилась от основных сил и, несмотря на звуки далекой перестрелки (примерно в 4 км на запад), отправилась впереди колонны к реке. чтобы напоить своих лошадей, а может и насобирать на сувениры мелких агатов, которые встречались здесь в изобилии.
Как только двое бледнолицых приблизились на достаточное расстояние, Дождь не упустил своего шанса добыть пуговицы, а убийство двух, по сути гражданских лиц, было делом техники. Со стороны американцев свидетелями засады стали двое рядовых Бен Браун и Джон Болл, которые улизнули из колонны, чтобы вздремнуть в тенечке у реки. Однако, стоило им только смежить веки, как их разбудили громкие крики. Браун вспоминал:
Я вскочил и сделал пару шагов для лучшего обзора, и с ужасом увидел, как несколько индейцев убивают мистера Балирана и мистера Хонсингера. Мистер Балиран бежал пешком, а два индейца пускали ему в спину стрелы. Мистер Хонсингер, тоже пешком, бежал, а большой индеец подъехал и ударил его по голове прикладом своего ружья.
Дождь-на-лице заполучил таки вожделенные пуговицы, но не забыл прихватить золотые часы у ветеринара и кошелек у сатлера.
Браун не стал досматривать “шоу”, а вскочил на лошадь и поспешил к своим, чтобы поднять тревогу. Во время этой спешки он потерял из виду своего приятеля Болла, чей скелет нашли только месяц спустя. Полковник Дэвис. С. Стэнли, командир колонны, послал отряд кавалерии под командой 2-го лейтенанта Чарльза Брейден, чтобы преследовать индейцев. Когда солдаты Брейдена приблизились к реке, им пришлось спешиться, чтобы провести лошадей вниз по крутому берегу, и во время этого занятия мимо них в ста ярдах со своими воинами проскакал Дождь, который, очевидно, впопыхах принял Брейдона за подполковника Кастера.
За это убийство Дождь был схвачен в декабре 1874 года в агентстве Стэндинг Рок, когда объявился там и хвастался убийством Хонсингера и трофейными золотыми часами. Арест был произведен Томом Кастером и его 5 солдатами, а не 30 как в рассказе вождя. Индеец опустил в своем рассказе и тот факт, что, когда он лежал связанный на земле, Кастер-младший как следует попинал его ногами. Видимо это и стало причиной кровной вражды, а не пресловутое нападение со спины.
Во время заключения Дождя в Линкольне Дж. Кастеру удалось выбить у него признание. Впоследствии Элизабет Кастер, супруга подполковника, в своих мемуарах о жизни на границе “Сапоги и Седла”, разместила отчет о допросе, предположительно полученный из вторых рук:
Он сказал, что во время той стычки ни у одного из белых мужчин не было оружия. Он застрелил старика [Хонсингера], но тот умер не сразу, и прежде чем упасть с лошади, проехал немного вперед. Затем индеец подошел к упавшему и вышиб последний вздох своей каменной дубинкой. Прежде чем уйти, он навтыкал в него стрел из лука.
Человек помоложе [Балиран] подал индейцам знак из кустов, и они поняли, что то, как он поднял руку, было предложением мира. Когда вождь подошел к нему, белый человек отдал ему свою шляпу в качестве еще одного жеста о пощаде, но тот сразу же выстрелил в него сначала из ружья, а затем из лука. Одна из последних стрел вошла ему в спину, и человек умер, пытаясь ее вытащить. Ни с одного из мужчин не сняли скальп, поскольку старший был лысым, а младший коротко стрижен.
Месть Дождя-на-Лице
Свидетельство Дождя о Битве при Литтл-Биг-Хорн целиком приводить не буду, а остановлюсь лишь на мести Тому Кастеру.
...И тут я увидел Маленькие Волосы. Я вспомнил свою клятву. Я обезумел. Я ничего не боялся. Я знал, что ничто не причинит мне вреда, ведь на мне был амулет из хвоста белой ласки. Не знаю, скольких я убил, пытаясь до него добраться. Он узнал меня. Я смеялся над ним и кричал на него. Я видел, как двигался его рот, но было так шумно, что я не слышал его голоса. Он был напуган. Когда я подошел достаточно близко, я выстрелил в него из револьвера. Потом револьвер исчез, не знаю куда. Я спрыгнул с пони, вырезал его сердце, откусил от него кусок и выплюнул ему в лицо. Я вернулся на своего пони и ускакал, тряся добычей. Я был довольным и уставшим от боя. Я не стал снимать с него скальп...
Других свидетельств смерти Тома Кастера нет, но косвенные данные подтверждают версию Дождя. Из свидетельства 2-го лейтенанта Чарльза Ф. Роу о состоянии поля битвы Литтл-Биг-Хорн следует, что у Тома Кастера было вырезано сердце, а в покинутом индейцами лагере было найдено чье-то сердце, привязанное к лариату (аркану).
Хотя Дождь сумел отомстить Тому Кастеру и остаться живым в самом пекле боя, однако Литлл-Биг-Хорн вспоминал каждый раз, когда вставал с постели, потому в бою получил слепое пулевое ранение выше колена на правой ноге. Он вырезал пулю с помощью карманной бритвы, взятой на теле какого-то солдата, чуть не помер от потери крови, но выкарабкался, хотя до конца жизни был вынужден ходить с костылем.
На закате жизни Дождь принял христианство и, видимо, впал в маразм, потому что на смертном одре признался миссионерке Конгрегационалистской церкви Мэри Коллинз, что убил Джорджа Кастера выстрелом в упор в голову из револьвера, а Тома Кастера даже не видел.
P.S. Статья посвящается очередной годовщине Битвы при Литтл-Биг-Хорн 25-26 июня 1876 года.
Присоединяйтесь к чтению увлекательных историй эпохи Фронтира и Дикого Запада (и не только) на ЯДе, в Телеграме и ВКонтакте.