Врач протяжно, будто ленясь:
-Ну вот и славно. Мы уж думали, что на пару повезем вас. Как себя чувствуете?
Олег дёргается, как под током:
-Нормально. А что было то?
-Сознание потеряли. Перенервничали? Можем проехать в приемное отделение, осмотрят вас.
-Не-не, все нормально. Дети дома.
Врач прощается с ним, машина скорой уезжает,скрываясь в кустах сирени. Олег снова смотрит на свои босые ноги. Облегченно вздыхает.
Двигается вдоль дома, пинает траву.
Он обходит дом на сторону подъезда, прощупывая каждый миллиметр земли своими пальцами. Прохладная трава, шершавый песок, колючий гравий, горячий асфальт. Июньское солнышко улыбается ему в намечающуюся лысину, а он улыбается ему, да так что начинает громко смеяться. Олег подходит к подъезду, ложится на лавочку, лежит. Смотрит, щурясь, на солнце, немного успокаивается и поднимается. Достает из кармана телефон и звонит сыну.
-Сын, все хорошо?...Да-да, можно…Еще не знаю, попозже перезвоню.
Его отвлекает полицейская машина, которая резво вызывается из кустов и приближается к нему. Олег собирается с духом, встает с лавки и двигается навстречу машине. Мент подходит к нему, здоровается и начинает допрашивать, что случилось.
Олег отвечает словно заготовленной речью, что даже сам себе удивляется:
-Я приехал вчера из командировки, утром проснулся, дети играли в комнате, жена готовила завтрак.
Потом пошел в душ, вышел, выпил кофе, дети пищали, что у них случайно вылетел вертолет в окно, у нас 2 балкона выходят на ту сторону. Позвал жену, она не откликнулась. Я подумал, может в детской прибирает постель. Мы вышли на балкон и увидели, что она лежит под окнами.
Мент равнодушно прервал его:
-Мы - это кто?
-Мы - это я и дети.
-Что-то необычное замечали в последнее время за пострадавшей? Может ссорились? Может с кем-то конфликт? Подруги, родственники?
У Олега снова поплыло перед глазами, замелькали картинки последних 6 месяцев его жизни: женщины, поезда, самолеты, клубы, дети, смех, ночные фонари, смски, рестораны, звонки, калейдоскоп картинок завершает печальное лицо Веры, в ушах белый шум
Он едва слышит вопросы и продолжает отвечать, понимая что в эту минуту он снова врёт:
-Да нет, не ссорились, ну она немного уставшая была последнее время.
Двое детей - сами понимаете.
-Дети дома, говорите?
Олег уже ничего не слышит, его уносит в забытье.
Очухавшись он видит, что снова находится в номере гостиницы. Один.
Какая то нелепая тяга тянет его выглянуть за дверь, но там никого, и только дверное полотно по прежнему сообщает, что это номер 703.
Олег уставше бредёт в комнату:
-Ой, бля…
Останавливается, осматривается. По комнате валяются чашки, шкалик, раздвинуты шторы, ваза на столе, цветы в ней стали клонить головы без воды, которая блестит лужей на полу. Он идет за полотенцем, кидает его под ноги и вытирает пол.
По пути цепляет из минибара очередную дозу - на это раз водка. Садится за стол, выпивает, слегка морщится, берет один бутон в руку и срывает его. Мнет в руках, подносит к лицу и глубоко вдыхает. Бросает на стол с презрением то ли к нему, то ли к самому себе.
С ухмылкой Олег набирает сыну, жене, он не знает зачем это делает, ведь связи нет.
После опустошения ещё одного гкалика, он набирает Вере по видео. Идут гудки.
Вера появляется на экране с мокрыми волосами:
-Что там у тебя? Ты вообще где?
-В гостинице, тебя жду, говорю же, вот розы. …Вер! Я так запутался…Как будто сон. …Приезжай, а?
Вера, словно набравшись терпения, выдыхает громко через губы трубочкой:
-Олег, я не могу больше так. Не хочу. Все и правда как сон, в котором нет ни тебя, ни меня, какое-то все ненастоящее, понимаешь?...Что мы делаем, скажи?
Олег чуть повышает тон:
-Что ты такое говоришь? Ты - моя радость.
Вера саркастично улыбается:
-Если я твоя радость, то почему мне так печально рядом с тобой?..
-Нет-нет погоди, сейчас ты соберешья, приедешь и мы все решим, Верунь, давай?
-Нет, не хочу…Не хочу рушить твою семью. Не хочу отбирать тебя у детей. Ничего не хочу. Я устала…
-Так уже и так все разрушено, твою ж мать!
-Держи себя в руках.
Оба молчат. Олег стучит пальцами по столу. Стряхивает лепестки на пол.
-Я никогда не был с ней таким, как с тобой, никогда не говорил ей таких слов. Никогда не писал.
-Зачем ты мне это говоришь?
Олег как будто не слышит ее:
-Не знаю, как я снова здесь…Но хорошо, что мы с тобой можем быть вместе, да, радость?
Вера опускает голову на руки и ее золотые волосы разливаются по экрану. Она качает головой из стороны в сторону, откидывается назад и ее глаза наливаются слезами.
-Верунь, ну ты чего?
-Прости, не приеду, никогда, не обижайся.
-Да какое уж там…Не обижайся... Прости ме
ня, Вер…Начудил я…Свинья, Вер.
Он тяжело вздыхает и массирует уставшие глаза рукой.