Едва успели мы отойти от новостей о бойне в подмосковном "Крокусе" в марте этого года, как произошёл новый инцидент. На этот раз террористическая атака всколыхнула Махачкалу и Дербент, где даже объявили режим КТО, на время которого города окутали пороховые запахи и гулкое эхо автоматных очередей. Сразу несколько неизвестных на тот момент людей в чёрном открыли огонь по простым людям и полицейским, чуть позже началась охота на них. Все были ликвидированы, но кто это был и какой ценой была остановлена бойня?
Как всё начиналось
Днём 23 июня в Дагестане, а именно в Махачкале и Дербенте, раздались первые выстрелы, которые достаточно быстро переросли в автоматные очереди. Местные, а затем и федеральные новостные каналы наперебой рассказывали о нападении террористов на религиозные учреждения в городах, также под прицелом оказались блокпосты ДПС.
Глава республики Сергей Меликов чуть позже заявил:
Первыми на пути террористов, которые в день Святой Троицы совершили террористический акт и атаки на культовые объекты иудейской и православной церкви, стали наши полицейские. Как и несколько лет назад, именно они защитили мирных жителей от преступных террористических атак ценой своей жизни.
От местных жителей стала появляться конкретика: от рук неизвестных загорелись сразу три религиозных учреждения: это Успенский собор и синагога в Махачкале, а также Покровский храм в Дербенте.
Уже ближе к вечеру обстрелу подвергся пост ДПС на выезде из Махачкалы, к этому времени силовики активно искали по всему городу автомобиль, на котором могли скрыться подозреваемые. Практически сразу же появилась версия о причастности блока НАТО и Украины к случившемуся, однако она не подтвердилась.
Кто стоял за нападением
А вот информация о личностях нападавших стала известна ещё до того, как введённая в городах контртеррористическая операция была завершена. В стрелках узнали Османа и Адиля Омаровых, являвшихся сыновьями главы Сергокалинского района. Вдобавок с ними оказался ещё и племянник чиновника. Магомеда Омарова оперативно задержали и исключили из партии.
Этот факт мгновенно подогрел бурлящее информационное поле. Многие ахнули: как так-то? Сыновья уважаемого в Дагестане чиновника? Да не-е-е. Однако это так и оказалось на самом деле. Об этом даже писали военные блогеры, которые всегда в силу особенностей своей деятельности стараются многократно перепроверить информацию, прежде чем выпустить её в эфир на миллионные аудитории.
А в это время в Дагестане
А в это время силовики готовились к штурму дома в Дербенте, где засели террористы. Стрельба шла и в Махачкале, где нападавшие упорно сопротивлялись, выливая на правоохранителей свинцовые очереди.
Тогда же писали и о нескольких десятках заложников, но информация не подтвердилась.
А вот то, что достоверно было известно уже многим следящим за событиями, так это личности террористов. Помимо вышеупомянутых сыновей чиновника в их числе оказались боец ММА Гаджимурад Кагиров, ранее выступавший за клуб Eagles MMA, который принадлежит Хабибу Нурмагомедову.
Контртеррористическая операция завершилась только к утру 24 июня. Почти полсуток стрельбы и сумятицы стали известны печальные последствия: погибли 17 полицейских и трое гражданских. Есть и пострадавшие – их 44 человека, в их числе 37 правоохранителей.
Теперь в Дагестане траур, он продлится до 26 июня включительно.
И уже стало известно, что главной целью террористов был именно священник – протоиерей из Дагестана Николай Котельников. К такому выводу силовики пришли после изучения смартфонов ликвидированных боевиков. Ещё выяснилось, что к нападению на религиозные учреждения они готовились около месяца, изучая свою будущую жертву. По всей видимости, они предполагали и сопутствующие жертвы, так как иначе расстрел полицейских и гражданских не объяснить.
Также священник Николай Колесников мог стать не единственной жертвой. Его убили одним из первых, когда он пытался собой закрыть прихожан. Они же смогли закрыться в храме, где и забаррикадировались.
И в этом, кажется, вся суть случившегося: исключительно религиозная подоплёка. В головы фанатикам не залезть, но их выбор не совсем понятен. По данным в сети священник, отдавший 40 лет жизни служению, не был кем-то особо выдающимся. Вполне возможно, здесь сыграла роль географическая: православный храм находится на территории республики, где большая часть населения чтит традиции ислама.
А где реакция
Ещё во время перестрелок выяснились личности многих террористов, оказавшихся в той или иной степени близкими к местным титулованным спортсменам. Последние до упора хранили молчание о произошедшем. Между прочим, самое пристальное внимание общества было обращено на соцсети Нурмагомедова, воспитанника школы его отца и бойцом его клуба.
И он отреагировал, выразив соболезнования всем родным и близким погибших. Ну и, собственно, как бы всё.
Сейчас в Дагестане силовики ведут активную работу по поиску "спящих" ячеек. Ищут, где может прорвать очередной гнойник на теле общества и всячески пытаются не допустить этого. И совершенно зря в соцсетях многие клеймят Дагестан и обвиняют республику едва ли не во всех смертных грехах. У терроризма нет ни нации, ни географии, есть только отбитый фанатизм и полное отсутствие понимания ценности человеческой жизни.
Помните, что сказал дагестанец Магомед Нурбагандов? Да и вообще – помните такого? Перед оружием террориста возле своего лица он произнёс ставшую сакральной фразу:
- Работайте, братья!
Потом его не стало. А вот честные, порядочные и достойные уважения мужики остались по всей России. В Дагестане в том числе.