Существует присказка, что сапер ошибается в жизни один раз. Возможно. Возможно в последний. На самом деле бедолага ошибается в жизни три раза. Первый - когда женится, второй – при выборе профессии и третий тот, о котором все знают.
Старый старший лейтенант Серьога Перышкин, взводный саперного взвода поехал на халтуру. Какая к черту халтура может быть у сапера?- скажете вы. Оказывается есть халтура для этого рода войск.
Банда черных археологов давно его соблазняла сто долларовой купюрой и заманивала на раскопки полей сражений. Наконец-то Серьога решился.
И вот, лежа в ржавой жиже на дне раскопа, он тихо с завыванием матерился. Проклятые копатели нарыли стопку металлолома, а он (какой же дурак!) полез его пощупать. Супесь обвалилась и стопка симпатишных остроконечных болванок, звеня как вериги у одинокого монаха, резво уперлась в брюхо старшего лейтенанта. От этого прорыва, в подбрюшии у Перышкина громко заурчало и стало по детски тепло и мокро в штанах, причем и спереди и сзади одновременно. Вот тебе, бабушка, и сто баксов! – подумал старлей. Восемь очаровательных болванок от злобной фашистской противотанковой пушки нежно упирались в трепещущее пузо сапера.
За водопадом капелек пота, брызнувших из под бейсболки, подняв к небу щенячьи глаза, Серьога Перышкин отмотал свою жизнь назад. Как он, солдатик, встретил гадину Любку в увольнении. Как она вертела задницей на перилах последнего этажа ДОСовской пятиэтажки, когда он исполнял свой долг перед Родиной. Как она потом канючила про беременность и какая богатая житуха у офицеров. Как он (снова какой дурак!) женился и подал рапорт в военное училище. Как по окончании его все блатари поехали по распределению в штабы округов, а его и десяток таких как он закинули в мотопехотные полки. Как он, затыкал своим жирнеющим день ото дня телом караулы, дежурства, ответственных по ночной казарме. И что в итоге? Через секунду сработает взрыватель и сто баксов останутся недостижимой мечтой.
Болванки с непонятным упрямством не взрывались. Резко похолодевшее в штанах дерьмо леденило промежность. Обалдевший от страха Перышкин начал вышвыривать снаряды из отвала, метя при этом в не менее обалдевших черных археологов. Не шевелись, а то рванет! – с этим кличем вытолкнув последнюю болванку Серьога и сам выскочил из рукотворной берлоги. Вокруг нее в нелепых позах, как в детской игре «море волнуется раз», скукожились работодатели. Закатав рукава Перышкин с животным остервенением попер на первого археолога. Долго в междулесье раздавались глухие удары и визги.
В этот день старый старший лейтенант Серьога Перышкин нахалтурил 600 американских долларов и пару комплектов стильного американского походного обмундирования.
Предыдущая часть:
Продолжение: