Все части детектива здесь
– Я полковник Жданова - говорю ему – и отнюдь не милая барышня. Анатолий Григорьевич, давайте сразу к делу. Скажите, вам знакома эта девушка?
Я показываю ему смоделированное фото лица Олмы. Наблюдаю внимательно за реакцией, но он, кажется, совсем не удивлен и не ошарашен. Ни тени каких либо эмоций не проскальзывает по его красивому лицу.
– Ммм... кажется, эта девушка работала у нас в доме, домработницей. Но год назад мы с ней расстались.
– Вот как? И по какой же причине?
– Как работник она перестала нас устраивать.
Часть 16
– Вопрос в том, Роб, зачем он взял с собой этого незнакомца? Что такого тот сказал ему, что он согласился поехать с ним по этой дороге?
– Ну, мое дело факты, а уж ваше – все остальное, но думаю, что пока вы не поймаете убийц, этот вопрос останется для вас открытым.
– Роб, у него в крови что-нибудь обнаружено?
– Нет, мальчик чист. Ни алкоголя, ни чего либо еще.
– Спасибо, Роб. Вроде бы я выяснила все, что мне было нужно.
Я возвращаюсь к себе в кабинет и задумываюсь. Интересно, что же такого сказал преступник мальчику, что он согласился ехать туда? Остаток дня проходит более-менее спокойно, остается ждать завтрашнего дня, потому что именно завтра станет понятно, кто же похоронен в болоте, чье преступление видели Загуляев и Настя.
С утра следующего дня Клим уезжает с бригадой оперативников на болота, я остаюсь в комитете, и чтобы не сгорать от нетерпения, снова берусь за отчеты.
– Марго! – Даня отрывает меня от бумаг – послушай, на окурках, найденных на дороге выше того места, где обнаружили тело Егора, есть ДНК, тот, кто курил, оставил свою слюну. Прогнал по базам – в наших базах этого человека нет.
– Спасибо, Даня. Думаю, пока мы не получим результатов от Клима, искать владельца ДНК бесполезно.
Пара часов проходит достаточно быстро – за работой я практически не замечаю их. Наконец звонит Клим:
– Марго, ну, как мы и предполагали, в болоте находится тело человека. Оно в мешке, внутри мешка скорее всего камни. Попробуем подцепить мешок щупами, но возможно, в этом случае мы повредим останки.
– Что поделаешь, Клим. Нам необходимо достать его любыми путями, а потому будем действовать всеми доступными методами.
Звоню Робу.
– Роб, через несколько часов тебе привезут тело из болота, необходимо будет очень быстро произвести осмотр.
– О, Боже! – вздыхает Роб – и сколько оно там пролежало?
– Год, Роб. Но ты тертый калач, вряд ли это тебя напугает.
– Ладно, постараюсь все сделать как можно быстрее.
Предупреждаю Даню о том, что он должен будет максимально быстро выяснить, кому принадлежит тело из болота, но он вдруг говорит мне:
– Марго, слушай, Загуляев цапнул мою программку-вирус, дай Бог, скоро я смогу выяснить, где он находится.
– Отлично!
Через несколько минут он звонит мне:
– Маргарита, я вычислил, где находится Загуляев. Пиши адрес!
Наконец-то! Наконец мы поймаем этого любителя приключений!
Звоню оперативникам, которые должны поехать со мной на задержание.
Скоро мы садимся в небольшой автобус и едем в частный сектор в городе.
– Марго, он отключил телефон, поторопитесь! – это снова Даня.
– Гони, родной! – уговариваю я водителя, который вынужден был включить сирену.
Подъезжая к месту, прошу выключить ее, чтобы не спугнуть нашего «потеряшку».
Останавливаемся около неказистого дома с заросшим огородом, тихо выходим, держа оружие наготове, осторожно открываем ворота и входим во двор.
– Маргарита Николаевна! – шепчет мне оперативник – держитесь за нашими спинами!
Во дворе пусто и тихо, подходим к дому, оперативники знаками показывают друг другу, что нужно делать. Осторожно открывают дверь, проникают внутрь, я вхожу за ними. Отовсюду раздаются голоса:
– Чисто!
– Никого!
– Чисто!
– Пусто!
Ко мне подходит старший оперативник.
– Маргарита Николаевна, дом и двор пусты, его нет. Но он был тут совсем недавно.
– Да я сама уже вижу – говорю ему расстроено – смылся, гад... Словно почувствовал. Осмотрите здесь все...
Звоню Дане.
– Даня, телефон Загуляева не включился? Да, мы опоздали... Его тут уже нет, словно почувствовал, что мы появимся.
– Вот же...
– А он не мог обнаружить твою программку?
– Исключено.
– Даня, держи его телефон на контроле, вдруг включится.
– Конечно, Маргарита.
Оперативники довольно быстро собирают улики. Через час мы возвращаемся в комитет. Клима еще нет, но это и неудивительно: изъять тело из болота – задача небыстрая.
– Марго! – лохматая голова Дани просовывается в дверь – слушай, оперативники привезли улики из дома, в котором проживал Загуляев, так вот, мы не одни его искали – там обнаружены совершенно свежие отпечатки того, кто оставил их же на деньгах, найденных у Егора Хромых и на раме его мотоцикла.
– Думаешь, они были у него незадолго до нас?
– Так и есть. И непонятно – то ли они его увезли, то ли он сбежал сам, почувствовав, что его ищут.
– Подожди. Его телефон был включен, когда мы к нему ехали, получается, эти люди появились там буквально перед нами, забрали Загуляева у нас из-под носа и выключили его телефон?
– Возможно, что это так. Или они приехали уже в его отсутствие, увидели, что его нет и поспешили смыться.
Скоро приезжает Клим. Он спешит переодеться – форма у него вся изгваздана грязью и чем-то зеленым.
– Тело отправили в морг – говорит он – Марго, это женщина. Биосфера болота такова, что тело довольно хорошо сохранилось.
– Вот те на! Интересно, и за что же эту несчастную постигла такая судьба?
– Это нам сможет сказать только Роб. Ладно, Марго, я сегодня должен вернуть эхолограф обратно в ФСБ. Сяду оформлять бумаги, потом поеду к ним.
– Хорошо, Клим.
Жду не дождусь, когда же Даня или Роб позвонят мне – уже очень хочется узнать, что же это за женщина. В конце концов не выдерживаю и иду в морг.
– Маргарита – говорит Роб – что же... Кое-какие новости для тебя у меня имеются. Во-первых, эта женщина очень молода – судя по состоянию ее костей, ей года двадцать три-двадцать четыре. Во-вторых, она уроженка Средней Азии, скорее всего, Узбекистан. В-третьих, она была беременна, когда ее убили.
– Значит, ее все-таки убили – говорю задумчиво.
– Глупо было бы думать по-другому. Ее ударили чем-то тяжелым в височную кость, проломив ее. Она умерла сразу.
– А какой срок беременности?
– Пять месяцев. После того, как она умерла, ее тело засунули в мешок вместе с камнями и утопили. Чтобы наверняка. Конечно, ни о каких отпечатках на теле жертвы не может быть и речи.
– Так, получается, если она уроженка Средней Азии, найти нам ее будет непросто.
– Думаю, она мигрант, Марго. Попробуйте поискать через миграционную службу.
– Роб, на ее теле есть следы побоев?
– Нет, Марго. Ничего, кроме удара чем-то тяжелым в висок.
– Скажи, а форму этого предмета определить можно.
– Вполне. Я же говорю – тело неплохо сохранилось. Это предмет какой-то очень правильной формы. Как только я выясню, какой именно, сразу скину тебе изображение на компьютер.
После Роба навещая Даню.
– Ну, как?
– О пропаже девушки никто не заявлял, Марго. Наверное, можно сделать вывод, что девушка приехала сюда потому, что на родине у нее никого не осталось или чтобы заработать. Я по останкам скорректировал ее внешность – загнал в программку, и она выдала мне, что девушка при жизни выглядела вот так.
Он ткнул мне в экран. Девушка на изображении была довольно привлекательной.
– Даня, послушай. Запроси в миграционной службе доступ к базе данных и попробуй прогнать это фото через их базу. Так мы сможем выяснить, что это за девушка, кроме того, в их базе должны быть учтены все те, кто приезжает в город, они же на контроле. Так мы сможем выяснить, где эта девушка проживала или работала.
– Хорошо, Маргарита, но это может занять время.
– Ничего страшного, я подожду.
Иду к себе. Клим уже уехал в ФСБ, а ко мне внезапно приходит Евгений Романович.
– Ну, что, Маргарита, я смотрю, вы начинаете потихоньку приближаться к убийце?
– Думаю, да, Евгений Романович. Мы обнаружили тело в болоте, Роб уже провел кое-какие экспертизы, и скоро мы узнаем, что за девушка лежит у нас в морге.
– А знаешь, Марго, я думаю, что убили ее именно из-за ребенка. Кому-то очень не хотелось огласки.
– Я тоже так думаю, Евгений Романович. Но не понимаю, зачем надо было убивать...
– Мало ли причин для этого...
Когда он уходит, я думаю о его словах. Пожалуй, он прав и скорее всего, жертва пострадала именно из-за беременности.
– Маргарита! – Даня оперативен, как никогда – я выяснил личность убитой, это действительно мигрантка. Зовут ее Олма Фахрудова, уроженка Узбекистана, двадцать три года, три года назад приехала к нам и устроилась на работу в дом бизнесмена Анатолия Безвинных.
– Семья?
– Нет. Ни семьи, ни детей.
– Безвинных... Безвинных... Какая говорящая фамилия! Но так ли он безвинен на самом деле? Чем он занимается, Даня?
– О, у него довольно крупный бизнес! Сеть дорогих ресторанов. Шикарный дом за городом, жена-домохозяйка, а вот тесть его довольно непрост. Денежки-то у него... И пакет акций основной – тоже. Так что если что – он от Безвинного камня на камне не оставит.
– Дети?
– Взрослые, живут за границей.
– Слушай, а кем работала у него Олма?
– Домработницей, вестимо. Там такой штат – пальцы устанешь загибать. И для кого? Живут-то они вдвоем, отец жены отдельно проживает с супругой.
– Красиво жить не запретишь – вздыхаю я – ладно, надо поговорить с этим бизнесменом. Думаю, именно он причастен к убийству девушки.
Звоню операм и прошу их взять постановление и поехать к Безвинных, кроме того, предупреждаю, чтобы взяли с собой группу захвата – от этих богатеев можно ожидать чего угодно.
– Ребята, также необходимо провести обыск у него дома. Я понимаю, что целый год прошел с убийства Олмы, но вдруг что-то, да осталось.
– Будет сделано, Маргарита Николаевна!
– Роб! – звоню патологоанатому – послушай, если мы возьмем ДНК у Безвинных, ты сможешь определить, от него ли был ребенок у девушки?
– Думаю, что смогу. Следы плода сохранились в теле...
– Отлично. Тогда скоро подоспеет ещё работа!
– Нам не привыкать, Маргарита!
Вот с этим я вынуждена согласиться. Бросаю взгляд на часы – время летит незаметно, вот уже и конец рабочего дня. После того, как оперативники докладывают мне, что задержали Безвинных, я прошу их отправить его в ИВС, и мы с Климом, который вернулся из ФСБ, едем домой. По дороге я говорю ему:
– Клим, завтра оперативники продолжат обыск в доме Безвинных, подключись к ним, пожалуйста. У всех сотрудников надо взять отпечатки пальцев, а у мужчин, у кого сорок четвертый размер – слепки с обуви, чтобы можно было сравнить со следом на месте гибели Егора Хромых.
– Хорошо, Марго. Ты в комитете справишься?
– Конечно. Сначала буду утрясать мелкие вопросы, а после – побеседую с бизнесменом Безвинных. Уж очень меня интересует, что же случилось с бедной узбекской мигранткой.
Дома Руслан спрашивает меня, как прошел день, увенчалась ли успехом поисковая операция на болотах. Рассказываю ему новости, а он с сомнением говорит мне:
– Слушай, Марго, вряд ли этот бизнесмен будет так палиться. Слишком очевидно все. Ведь он будет первым подозреваемым...
– Руслан, он и не рассчитывал, что тело Олмы будет найдено, понимаешь? Кроме того, это здорово бы ударило по его репутации, и его влиятельный тесть точно его бы не понял. Безвинных остался бы с голым задом...
– Возможно, ты и права. Но я все-таки считаю, что дело тут не в нем. Думаю, все гораздо хуже.
Я не разделяю его взглядов, а потом не уточняю, что именно это «хуже».
Утром спрашиваю у оперативников:
– Он сильно сопротивлялся и возмущался?
– Он – нет, скорее был удивлен, а вот его жена орала так, словно ее режут. И чуть не вцепилась в лицо сотрудника при задержании.
– Видимо, она очень переживает за мужа. Но знала бы она, что он из себя представляет.
Клим уже уехал на обыск в доме Безвинных. Звонит Роб.
– Маргарита, у бизнесмена вчера взяли слюну на анализ ДНК. Так вот, должен тебя обрадовать: он не является отцом нерожденного ребенка нашей мигрантки. Отцом является кто-то из его близких родственников, скорее всего, сын. Думаю, Безвинных приходился бы ребенку скорее дедом.
– Очень интересно! То есть Безвинных все же побоялся огласки, и убил девушку потому, что ему не нужен был внук от какой-то там узбечки... Вероятно, его сын уже тогда был женат, но спутался с Олмой...
– Да, и еще, Марго, я скинул тебе фото формы того предмета, которым Олму ударили в висок. Это нечто шестигранное, металлическое и тяжелое.
– Интересно, это «что-то» находится в доме Безвинных?
– Кто знает? Пусть оперативники все проверят.
Открываю компьютер. На фото действительно шестигранник правильной формы небольшого размера с остро выраженными краями.
Скидываю фото Климу и пишу ему, чтобы забрали из дома все предметы, имеющие такую форму.
Решаю, что нужно срочно сходить к Дане, поговорить насчет детей Безвинного.
– Даня, скажи, ты знаешь что-то о детях бизнесмена?
– Да, информация есть. Старший сын с семьей перебрался жить заграницу лет уже этак десять назад. У него жена и трое детей. А вот младший сын переехал к брату вместе с женой около года назад. А что случилось?
– Отец ребенка Олмы – не сам Безвинных, а его близкий родственник, то есть сын в данном случае. Все сходится – сын связался с Олмой, а Безвинных такие внуки и даром не нужны, вот он и убил девушку. Либо это сделал его сын, потому он и отправил его за границу от греха подальше, а сам теперь будет расхлебывать эти проблемы. Сына отправили с женой за границу примерно год назад, то есть тогда, когда и убили Олму. Все просто, как ни странно.
– А может вообще тут тесть подсуетился? Навряд ли ему бы тоже понравилось, что внук связался с какой-то узбечкой-домработницей...
– Возможно, что и так. Подозреваемых – вагон и маленькая тележка, выбирай – не хочу. Только вот кто из них действительно причастен.
– Слушай, Марго, а может быть, они все повязаны? Вряд ли они испугались бы ответственности – искать Олму некому, да и вряд ли можно найти ее тело.
– Да, но потом-то появился Загуляев со своим компроматом... Ладно, пойду, поговорю с этим... «невинным» человеком.
Иду в допросную и прошу привести ко мне бизнесмена. Удивляюсь его спокойствию – он словно знает, за что его задержали. Смотрит на меня своими светлыми, почти прозрачными глазами, а я вдруг понимаю, что совершенно не могу ассоциировать его внешность с убийствами. Капризный, скорее женский, рот с губами нежной, округлой формы, правильный нос... В других бы условиях он казался бы даже привлекательным... Он кладет свои белые холеные руки на стол и говорит:
– Поясните, милая барышня, за что меня забрали и продержали целую ночь в вашем обезьяннике?
– Я полковник Жданова - говорю ему – и отнюдь не милая барышня. Анатолий Григорьевич, давайте сразу к делу. Скажите, вам знакома эта девушка?
Я показываю ему смоделированное фото лица Олмы. Наблюдаю внимательно за реакцией, но он, кажется, совсем не удивлен и не ошарашен. Ни тени каких либо эмоций не проскальзывает по его красивому лицу.
– Ммм... кажется, эта девушка работала у нас в доме, домработницей. Но год назад мы с ней расстались.
– Вот как? И по какой же причине?
– Как работник она перестала нас устраивать.
– Тело этой девушки, Анатолий Григорьевич, было найдено в болоте. Она была убита год назад.
– Этого не может быть – он совсем близко наклоняется ко мне – вы ошиблись. Я купил этой девушке билет на самолет и дал денег. Она улетела к себе.
– Наши эксперты не могут ошибаться, Анатолий Григорьевич. А теперь ответьте мне на один очень щепетильный вопрос – зачем вы убили Олму? Надеялись, что ее тело никто никогда не найдет?
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы остаетесь со мной и моими героями!