Вот уже сто лет, как пуристы, лингвисты и знатоки народных традиций ломают копья по поводу "праздника Лиго" - некоторым название режет ухо и кажется неприемлемым
В соцсетях накануне Янова дня каждый год разгораются дискуссии на предмет того, что "праздник Лиго" (Līgosvētki) - это загрязнение латышского языка и такого праздника якобы вовсе нет. Есть "День трав" (Zāļu diena) и "Вечер трав" (Zāļu vakars) - 23 июня, а потом Янов день (Jāņi, Jāņu diena) - 24 июня. "Лиго" - это всего лишь припев к праздничным песням, и в честь него праздник называться не может.
Широко распространена легенда, будто название праздника в бурной молодости придумал выдающийся латышский фольклорист и композитор Эмильс Мелнгайлис (о чем потом сам жалел).
Надо отметить, что в позапрошлом веке, когда родился Эмиль Мелнгайлис, часть латышей считала, что Янис - нелатышское имя. Оно ассоциировалось тогда с упоминаемым в Библии Иоанном Крестителем (его превратили в Яниса остзейские немцы-пасторы).
А вот в наши дни лингвисты придерживаются мнения, что Янис - вполне себе латышское имя, по происхождению родственное слову jāt (ехать верхом), и что в основе его значения лежит понятие "пришелец", "тот, кто приходит и уходит", оно мифологически связано со сменой времен года.
В конце XIX века, когда Мелнгайлису было всего 16 лет, название "праздник Лиго" уже было в ходу в латышском языке. Оно встречается на страницах одной из главных латышских газет того времени - Baltijas Vēstnesis.
В 1930-е словосочетание "праздник Лиго" тоже широко употреблялось параллельно Янову дню и Дню трав. В частности, в 1939 году академическая газета Studentu Dzīve опубликовала очерк "Праздник Лиго - объединитель латышей" (Līgo svētki - latviešu vienotāji). Столичное академическое издание - это вам не провинциальный листок.
Тем не менее сколько латышей - столько и мнений. Есть и те, кто уверен, что название "праздник Лиго" ввели в 1945-м или в 1947-м. Впрочем, и при немцах в 1940-е газеты выходили с заголовками, в которых упоминается "праздник Лиго" (например, даугавпилсская ежедневная газета Daugavas Vēstnesis за 24 июня 1942 года). Правда, и тогда была полемика по поводу "неподходящего" названия, но критиков не устраивал именно "праздник": дескать, древним латышам не было известно такое понятие, и надо говорить "времена" (laiki) вместо "праздник" (svētki).
Достоверные сведения о том, как в древности называлось время летнего солнцестояния, отсутствуют. И главнее все же содержание праздника, а не его название.
В народной речи несколько латвийских праздников называются "неправильно" - не так, как указано в официальном календаре. Например, вторая суббота июля - "День праздника моря", а его называют "Днем рыбака" или "Праздником рыбака". Также 4 мая - День восстановления независимости Латвии - часто называют "Праздником белой скатерти".
А то самое загадочное "Лиго", которое присутствует и на знамени первого латышского Праздника песни, никак не связано с Яновым днем.
На знамени вышито поклонение богине Лиго, или Лиге - древнелатышской богине веселья и дружбы. Жрец в белых одеждах стоит у алтаря под дубом, держит в руке дубовую ветвь и приносит жертву Лиге, чтобы звучали песни.
Впрочем, в сложном и местами запутанном древнелатышском пантеоне Лига - не самая заметная из богинь, и ее происхождение не слишком хорошо изучено. Впервые о ней рассказал остзейский немец, писатель и публицист Гарлиб Меркель. Есть предположение, что это божество попросту выдумано. Но это вовсе не повод отказываться от праздника Лиго.