Два серебристых пикапа с вооруженными мужчинами внутри уже ждали у входа в гостиницу. Переводчик бодрым голосом скомандовал журналистам, чтобы садились во вторую машину, на заднем сидении которой и расположились Илья с Виктором. Компанию им составил крепкий сириец с Калашниковым в руках. Едва Сомар уселся впереди на пассажирское сидение, водитель резко тронулся с места:
- В первой машине несколько спецназовцев, - это наша охрана, – пояснил он. – Надо не отставать, времени мало, поедем очень быстро. Держитесь, короче говоря.
- Какие резвые парни, они точно сирийцы? – сокрушался Виктор, раскачиваясь из стороны в сторону.
- Не волнуйся, это наши! – улыбался в ответ переводчик.
Обе машины, действительно, очень быстро передвигались по довольно загруженным транспортом улицам города. Из окон ехавшего впереди пикапа торчали автоматы, которыми интенсивно размахивали мужчины в камуфляжной форме, пугая проезжавших автомобилистов, расчищая тем самым себе путь. Не прошло и получасу, как кортеж подъехал к городской окраине района Кастело.
Я Александр Коцюба, военный, специальный корреспондент дирекции информационных программ ВГТРК «Телеканал «Россия 1».
Это часть 53 моей книги «Раненый Алеппо» трилогии «Охота на военкора».
Читайте книгу на моём канале в подборке https://dzen.ru/suite/e5d4a836-1e8a-48ff-a025-9da3f3bd27a3
- Сейчас будем проезжать блокпосты, на которых стоят «Тигры пустыни», - повернулся к журналистам Сомар. – Это самое боеспособное подразделение всей сирийской армии: они освободили северные окраины Алеппо. Боевики их очень боятся, потому что воюют, как звери. Наши охранники с ними уже связались, сказали, что мы едем встречать конвой с гуманитарной помощью, только на посту не знают, что вы журналисты. Поэтому снимайте со своих бронежилетов наклейки PRESS, и камеру уберите вниз под ноги. Они не должны заметить телевизионное оборудование, иначе разобьют всё и не пустят нас дальше. И ещё: когда будем проезжать мимо «Тигров», молчите и старайтесь на них не смотреть, они этого не любят. Если возникнут какие-то вопросы, я всё объясню и договорюсь.
- Представляю себе этих мордоворотов с тесаками в руках, – снимая отличительную надпись со своей каски и бронежилета, сокрушался Илья.
- Почему с тесаками? – насторожился переводчик. – У них самое лучшее вооружение, есть танки и зенитные установки.
- Да расслабься ты, Сомар, Илья шутит, – вмешался оператор. – Не собираемся мы с этими «Тиграми» вступать в переговоры. Проедем мимо, и пусть себе службу тянут, лишь бы «бородатых» не пропустили.
- Всё спокойно, ребята! У нашего водителя рация впереди, видите? – переводчик показал на закрепленный на панели машины то и дело хрипящий черный прибор с антенной. – Наш командир постоянно связывается с постами, ему отвечают, что дорога свободна.
Пока переводчик рассказывал журналистам о раскладе сил, обе машины подъехали к первому блокпосту, резко сбавив скорость. Движение через наспех устроенный пункт пропуска регулировали несколько автоматчиков, которые проверяли каждый проезжающий автомобиль. Очень скоро очередь дошла и до кортежа с журналистами: пикап медленно подъехал к бетонному отбойнику на обочине дороги. Водитель в этот момент опустил все стекла автомобиля, давая возможность осмотреть весь салон.
К машине вплотную подошел худой и низкорослый подросток лет шестнадцати с автоматом на плече. Его черные длинные волосы настолько были пыльные, что отливали на солнце цветом золы, просаленный камуфляж болтался на нём, как на вешалке, а небрежно повязанный шейный платок был заношен до дыр. Парень подошел к сидящему у окна Илье практически вплотную, и ломающимся, как у всех подростков голосом, что-то сурово спросил. Но вместо молчавшего и опустившего голову, согласно инструкции, репортёра, в разговор сразу же включился водитель пикапа, который бросил несколько спокойных фраз. А потом к диалогу с бойцом подключился и Сомар, тряся при этом своим телефоном. Подросток с автоматом на плече внимательно слушал переводчика и сурово хмурил свои густые, запылившиеся брови, а топом вдруг отмахнулся от непрерывно говорившего переводчика, давая разрешение на проезд. В то же мгновение водитель пикапа дал по газам, закрывая стекла салона.
- «Тигры пустыни» говоришь? – Громко усмехнулся Илья. – Чистые звери!
- Надеюсь, у него автомат не из Детского мира? – рассмеялся Виктор.
- Хорошо, что он тебя не слышал, а то дал бы очередь из своего игрушечного автомата, – хихикал переводчик – водой.
- Ага, с мыльными пузырями, – подхватил Илья.
- Зря вы так говорите, - сквозь смех принялся оправдываться Сомар, - «Тигры пустыни» настоящие бойцы: за несколько дней весь север у «бородатых» отбили, а теперь эту дорогу открыли. Среди них, конечно, много подростков, но каждый из этих ребят десяти взрослых стоит, потому что воюет с детства.
- Понимаем мы всё, Сомар, - нахмурился Виктор, - печально, конечно, что эти дети в своей жизни ничего кроме войны не видели. Им бы за партой сидеть, а не с автоматом бегать. Мы ни в коем случае не умоляем их заслуг, они, конечно, - герои, и мужества им не занимать. Просто ты их так расписал, что я представлял этих «Тигров» этакими прожженными мужиками с леденящим взглядом, а тут такое чудо грязное на кривых ножках вырулило, по неволе засмеёшься.
- А видел, как он брови хмурил? – Илья смеялся сквозь слезы.
- Ладно, Сомар, не обижайся, - оператор был уже красный от смеха, - мы по-доброму смеёмся… В следующий раз, когда захочешь придать истории вес, так сильно не накручивай, а то, боюсь, наших животов до конца командировки не хватит.
- Ладно, ребята, - Сомар параллельно переводил разговоры русских их сирийским провожатым, которые тоже гоготали в полный голос, - я не буду больше накручивать ситуацию, просто верьте мне, сирийцы умеют воевать.
- Это, брат, не обсуждается! – не унимались журналисты. – Сирийская военная машина на этом блокпосте представлена во всей красе.
Пикап с российскими журналистами тем временем выехал за пределы Алеппо, оставив позади трехметровые насыпи по краям дороги, защищавшие от возможных снайперских обстрелов, и выехал на ровное асфальтовое покрытие загородной трассы, ведущей куда-то на север. Водитель то и дело давил на газ, стараясь не отставать от идущей впереди машины сопровождения с несколькими вооруженными спецназовцами, которые продолжали то и дело размахивать своими автоматами, пугая проезжавшим мимо автомобилистов. Мерный шелест колес убаюкивал, и вскоре все в салоне автомобиля успокоились, молча разглядывая разбитые войной строения, разбросанные на пути.
- Ты чего загрустил? – едва слышно обратился к Илье оператор.
- Да, так, смотрю на всю эту кухню и думаю: сколько же «бабла» нужно, чтобы восстановить эту разруху? – выдохнул репортер.
. – Да-а! – многозначительно выдохнул Виктор. – Если что, ты и на меня патрон оставь – сквозь улыбку вдруг обратился он.
- Не переживай, дружище, - Илья похлопал рукой по своему рюкзаку, - здесь две обоймы, и тебе, и мне хватит. Дай Бог, повоюю немного, а там «здравствуйте, райские кущи»!
- Думаешь, в рай попадем? – прищурился Виктор.
- Кто его знает? Но живыми они нас хрен достанут! А там, - Илья поднял вверх указательный палец, - пусть Он решает….
Пикап с журналистами резко затормозил и встал на обочине дороги, как вкопанный:
- Мы приехали, ребята! – оживился задремавший переводчик. – Посидите пока в машине, я сейчас всё узнаю, и будем работать.
Он вышел из машины и, громко разговаривая с сопровождавшими журналистов военными из первого авто, направился в сторону контрольно-пропускного пункта сирийской армии, устроенного под массивной бетонной аркой, которая была изрешечена осколками снарядов и пуль. Сверху красовалась огромная приветственная надпись на арабском языке. Пока Сомар выяснял детали предстоящей съёмки, журналисты поправляли свои бронежилеты и каски, а охранявшие их сирийцы с удивлёнными лицами рассматривали экипировку репортёров.
- Смотри, машет нам, - кивнул в сторону переводчика Илья, - пойдем поработаем, что ли.
- Да, выходи, я сейчас догоню, - суетился Виктор, хватаясь за камеру, стоявшую в ногах, - сейчас только настройки проверю.
Илья распахнул дверь машины и уверенно шагнул вперед, оглядываясь по сторонам и присматривая возможные укрытия на случай минометного обстрела или неожиданной атаки боевиков. Подойдя к КПП, он остановился у компании военных во главе с переводчиком. Сомар тотчас же повернулся к репортеру и начал представлять его собравшимся. Илья широко улыбался в ответ и пожимал каждому руку, не забывая при этом блеснуть своими знаниями арабского:
- Сурия, Русия вахед-вахед! – под одобрительно гоготание повторял он.
- Ну что, снимаем? – прервал эмоциональный всплеск Виктор. – Надеюсь, до колонны с гуманитарной помощью не надо два километра шлёпать?
- Нет, Виктор, - поспешил его успокоить Сомар, - сейчас начнём съемки, машины с грузом, вон, там, в ста метрах стоят. Только они говорят, что сюда должен подъехать командир. Они уже связались с ним по рации, и он скоро будет.
- Но это не букра-бакра, Сомар? – поддел переводчика Илья.
- Нет-нет, - улыбался переводчик, - он, правда, уже едет. Я помню, что нам надо вернуться до темноты…
- Не переживай, бра-ат, до темноты уже не успеем! – оценил ситуацию Виктор. – Солнце уже начинает садиться, а мы еще ниодного кадра не сделали. Скажи садыкам, чтобы поторопили своего начальника, а то без света накроются все наши глобальные съёмки.
- А вот и командир подъехал, – торжествовал переводчик. – Я же говорил, что они все организовали.
Он подбежал к подъехавшему внедорожнику, из которого вышел невысокий, коренастый мужчина в военной форме:
- Это капитан Хасан! Он старший на этом посту, и будет смотреть за вашей работой.
- Столько смотрящих, что у меня руки дрожат от страха, – Виктор закинул тяжелую камеру на плечо, призывая всех заняться наконец делом. – Ну что, командармы, командуйте!
Хасан и без переводчика понял, куда так торопится оператор, и призвал всех немедленно следовать за ним к месту формирования колонны. Первые грузовики, доверху набитые гуманитарным грузом, стояли метрах в пятидесяти от КПП, на обочине дороги, по направлению в город. Ещё на подходе Виктор снял камеру с плеча и стал тщательно фиксировать все происходящее.
- Сомар! С кем я могу поговорить, мне интервью нужно записать? – кричал Илья переводчику, подойдя к головной машине.
- Командир Хасан может всё сказать! – отмахнулся тот, крутясь возле оператора и подсказывая ему выгодные планы.
- Илья, я готов писать синхрон! – не отрываясь от видоискателя камеры, прокричал оператор. – Давай этого командарма быстренько запишем, потом твой стендап, и я буду остальную картинку набивать.
- Отлично, Витя! – взяв Хасана за руку, ответил репортёр. – Яла-яла! – призывая следовать за ним, просил он.
За считанные минуты съёмочная группа подготовила место для предстоящего интервью: Хасана поставили как раз напротив головной машины так, чтобы вся колонна, уходившая вдаль на сотни метров, была видна в кадре. Илья попросил стоявшего рядом Сомара объяснить сирийцу, что журналисты хотят от него слышать, и после короткой словесной перепалки, сопровождаемой импульсивным размахиванием рук, Хасан, приняв максимально серьёзный вид, начал свой рассказ.
- Сирийские военные освободили эту дорогу, которая имеет стратегическую важность для Алеппо, – переводил Сомар, - и теперь через район Кастелло в город пойдет мирный груз. Здесь очень много грузовиков, они полностью загружены всем необходимым: продукты питания, теплые вещи, медикаменты. Теперь, как сказал Хасан, жители Алеппо больше не будут голодать. Как только наши военные отбили эту дорогу от боевиков, мы сразу начали формировать колонну, и сейчас она отправится в город.
- Всё понятно, спасибо! – торопился Илья. – Витя, давай теперь на стендап выставляемся, я готов наговориться.
Оператор ловко перекинул камеру на Илью, и тотчас же скомандовал:
- Отличный план! Давай в проходке писать: будешь идти мимо машин и рассказывать…. Мотор!
Продолжение следует ...
Подписывайтесь, чтобы не пропустить следующую главу.
Предыдущие главы - в подборке на моём канале в хронологическом порядке (снизу вверх):