Я вызвала полицию к пьяным соседям. У них забрали детей, а меня теперь считают разрушительницей семьи

В нашем доме соседи практически все адекватные. Я ни с кем и никогда не ругалась, правда, дружеских отношений у меня ни с кем не сложилось. Я просто здоровалась с каждым и прощалась.

Только одна проблема была в нашем доме. Заключалась она в Марине и Диме, которые живут на третьем этаже. Их квартира располагается прямо над моей.

Эта пара воспитывает двоих детей. Не воспитывает, точнее, а просто растит, наверное. Эти мужчина и женщина - настоящие пьяницы. Они регулярно уходят в запои, порой дебоширят.

Когда Марина и Дима пьют, их дети остаются без присмотра. Ребята ходят по улице, по подъезду. Все видят, что они голодные, что одеты они не всегда по погоде. Конечно, наши люди помогают ребятам тем, чем могут. Например, кто-то может покормить их или приютить у себя, пока мама с папой нагуляются.

Да, наши соседи поступают хорошо. Но я не считаю происходящее правильным. Родители должны заниматься детьми, их воспитанием. А эти люди не могут за собой уследить, не говоря про сына и дочь.

В последний год у соседей творится что-то невероятное. Дима вообще перестал бывать в нормальном состоянии. Он вечно пьяный, у него нет работы, он практически не выходит из дома. Только до магазина он может дойти, когда надо купить спиртное.

Марина иногда трезвеет, становится нормальной. В такие времена она начинает заботиться о детях, может даже купить им что-то. На работу она устраивается, но держаться долго она не может.

В какой-то момент и она срывается, начинает пить вместе с мужем и его компанией таких же алкоголиков. В выходные невозможно бывает находиться дома. У соседей-алкоголиков может играть громко музыка, они могут петь песни.

Некоторые ходят к ним, просят сделать тише, перестать шуметь. И это на протяжении какого-то времени помогало.

Как-то раз я поднималась к своим соседям. После моего замечания они все же затихали.

Я видела несколько раз Марину, когда она была в нормальном состоянии. Однажды я воспользовалась случаем и поговорила с ней.

- У вас же дети, им надо давать образование, воспитание. А вы пьете с мужем, не можете ничего для них сделать. О себе не думаете, так о детях подумайте. Они у вас такие славные!

Марина не отвечала ничего. Она только молчала и смотрела на меня стеклянными глазами. Я не стала настаивать на разговоре, потому что видела, что он не приведет ни к чему.

Примерно через неделю после этого разговора у соседей начался какой-то новый этап деградации. Они целыми днями и ночами слушали музыку, кричали. Я понимала, что дети в этом во всем находятся, что им плохо. Также страдали все жильцы дома. Все возмущались, говорили о том, что надо принимать какие-то меры. Но этого никто так и не сделал.

В одну ночь я не выдержала. Мне очень хотелось спать, я была уставшей после работы. У соседей были шум и гам.

Я поднялась в квартиру к Марине и Диме, постучала в дверь. Но мне никто не открыл.

Я пошла к себе и вызвала полицию. Сотрудники приехали быстро. Они уже вызвали службу опеки, которая и изъяла детей у Марины и Димы. Ребят временно поместили в приют. Судьбу их будут решать потом. На утро соседи уже знали о том, что случилось. Мне казалось, что они меня поддержат, похвалят за то, что я проявила смелость, которой они не смогли похвастаться. Но вышло все иначе.

Меня встретили три пожилые соседки. Они сидели на лавочке и обсуждали то, что было ночью. На меня они сразу же накинулись.

- Ты зачем вызвала полицию? Ты понимаешь, что у Марины и Димы детей заберут? - кричали в один голос старушки.

- Значит, так будет правильно, если детей заберут, - твердо ответила я. - В приюте ребятам будет лучше, чем с такими родителями.

- Надо было дать людям шанс на то, чтобы исправиться, поговорить с ними. А ты так резко стала принимать решительные меры.

- Да, так не стоило поступать хотя бы ради детей. Им лучше с родителями, даже с такими, чем в казенном учреждении.

Я много шансов давала этим горе-родителям. Весь подъезд терпел, наблюдал за происходящим и надеялся на лучшее. Но чудо так и не произошло.

Меня не мучает совесть за то, что я сделала. Мне кажется, что так бы на моем месте поступил любой адекватный человек.